Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Внезапно в воздухе послышался отдаленный гул пропеллеров, и уже через несколько мгновений в небе на востоке показался четырехмоторный самолет. Он снизился, дважды сделал круг над станцией и приземлился недалеко от деревенских садов.

Полицейские приняли бравый вид и подошли к Анне. Через некоторое время прибежал ребенок. Он запыхался от переполнявшего его желания быть первым, кто расскажет новости.

— Прибыли два белых из Додомы, — выдохнул он. — Мужчина и женщина. — Он переводил взгляд с Анны на полицейских и снова на нее.

— Мужчина — очень важный человек, возможно, даже вождь.

Один из полицейских наклонился, чтобы стереть руками пыль с обуви. Анна просто стояла на месте, не шевелясь.

Прошло около получаса, прежде чем показалась группка деревенских жителей, сопровождавших двух европейцев — молодую блондинку, одетую в серое, и крупного рыжеволосого мужчину с розовой кожей. Еще до того как они приблизились, Анна поняла: ни одного из них она прежде не встречала. Женщина, кивнув Анне, направилась прямо к дому миссии.

Ее компаньон продолжал двигаться в прежнем направлении. На нем был помятый костюм-сафари, из-за ворота которого выглядывал стоячий воротничок священника.

Поравнявшись с Анной, он замедлил шаг и окинул ее пронзительным взглядом. Если он и был озадачен, то не показал этого.

— Я — архидиакон Сандерс, — представился он, подойдя к Анне. Его лицо было маской сдерживаемого беспокойства. — Давайте поговорим в церкви.

Он по-отечески положил Анне руку на плечо.

Она едва сдержалась, чтобы не вздрогнуть.

Полицейские кивнули в знак того, что они позволяют архидиакону и Анне отойти. Она поежилась от недоброго предчувствия.

— А где епископ? — спросила она, сожалея, что не он приехал в Лангали, и вспомнила слова Майкла:

«Епископ не забыл тебя…»

— Он сейчас в отпуске, в Найроби. Мы не смогли с ним связаться, — ответил архидиакон. — Конечно, я не знал Керринггонов, но уверяю вас: я понимаю, как это все ужасно, какая это трагедия.

Для всех.

Анна безучастно смотрела на алтарь с золотым крестом. Архидиакон, склонив голову, тихо помолился, Закончив, он повернулся к Анне.

— Вы можете говорить со мной открыто. Должны говорить открыто. Это дело вызовет огромный резонанс. Мне необходимо знать все факты. И как можно скорее. — Он нервно потер руки. — Мне сказали, что когда-то вы работали здесь, в Лангали, вместе с Керрингтонами.

Анна кивнула.

— Я руководила родильным отделением.