Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Ведь когда останавливаешься, чтобы подвезти одного путника, непременно появляется еще несколько, и в течение минуты машина оказывается забитой мужчинами, женщинами, детьми, курами, велосипедами…

— Это вождь, — сказал Стенли.

— Нет, это не он, — возразила Анна: она уже видела, что на мужчине западная одежда.

— Он говорил, что поедет с нами, — добавил Стенли, притормаживая, — на случай, если возникнут проблемы.

Анна взглянула на него. Она предпочла не спрашивать, почему он ее не предупредил: это было так по-африкански — просто позволять событиям происходить и при этом не тратить лишних слов.

И, в конце концов, если вождь сказал, что хочет поехать с ними, ему едва ли можно было отказать.

Когда «лендровер» остановился, Стенли непринужденно, в своей обычной манере поздоровался с Мтеми.

— Вы очень хорошо одеты, — заметил он.

И не соврал: одет вождь был с иголочки, на рукавах голубой рубашки даже остались фабричные складки.

Мтеми широко улыбнулся.

— Разве сегодня утром я не похож на современного танзанийца? Меня даже вполне могут принять за оксфордского адвоката! Разве это не так? — Он, как всегда, говорил на суахили.

Стенли засмеялся. Анна с удивлением наблюдала за ними: похоже, ее помощник и вождь успели подружиться."

"Мтеми обошел автомобиль, чтобы поздороваться с Анной. Она поняла, что он тоже обратил внимание на ее новый наряд. Она неловко заерзала на сиденье, гадая, где захочет сесть вождь. Недолго думая, он забрался на заднее сидение.

Они поехали дальше. Анна немного нервничала из-за того, что позади нее сидит мужчина. Ей казалось, что сидеть спиной к нему невежливо, но радовалась, что он не видит ее лица, что волосы закрывают ее плечи. Она чувствовала себя неловко. В конце концов, Мтеми не обычный африканец. То, что он побывал в близком ей мире, то, что он учился в университете и жил в Лондоне, словно усиливало некую неясность их взаимоотношений. Делало его почти равным ей.

Пока они ехали, Мтеми, просунув свою длинную руку в голубом рукаве между Анной и Стенли, указывал им на местные достопримечательности, обсуждал со Стенли виды на урожай и расспрашивал Анну о ее работе в Африке.

Он казался очень спокойным, и постепенно его спокойствие передалось Анне. Она повернулась на сиденье так, чтобы видеть его. Он часто улыбался; улыбка на мгновение освещала лицо Мтеми и придавала ему более молодой и озорной вид. В такие моменты он совершенно не походил на вождя.