Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Обман! Нет у вас силы и власти надо мной!

Но Демьену словно было неважно, что кричит она.

Он взмахнул рукой, и поляну опоясал огонь, яркий и негасимый драконий огонь, защищая и изнемогшего Зиму, и Дерека, и спрятавшуюся где-то Снеженику, и его самого с Ежинкой, вздрагивающей в его руках.

— Что ты делаешь, молодой Король, — в отчаянии воскликнула Ежинка. — Ты ведь всех погубил!

— Нет, — твердо ответил он. — Есть еще время! Слышишь — листается календарь? Осталось совсем немного, и победа над Осенью будет нашей! Осень не переступить моё пламя, не посмеет коснуться нас.

Я не отдам тебя в жертву. Нет!

— А если не успеет перелистнутся последняя страница? Если Зима умрет прежде?

— Надо верить! — ответил Демьен горячо, обнимая тонкую талию девушки. — Надо верить, держаться и ждать!

— Но ты так рискуешь, — прошептала Ежинка. — Разве можно так?..

— Если ты уйдешь с Зимой, — пробормотал Демьен, дрожа, как подстреленный олень, — то не будет мне жизни без тебя… маленькая моя Ежинка… я не отдам тебя даже в обмен на корлевство!

— Что?.

. — пробормотала оторопевшая Ежинка, не веря ушам своим. — Что ты сказал, повтори?..

Но тут где-то вдалеке раздался гром, такой страшный, что даже воинство Осени напугалось и дрогнуло. По лицу Демьена промелькнула судорога, словно ему было нестерпимо больно, и он разжал руки, выпуская Ежинку из объятий.

— Что с тобой такое, Молодой Король?! — вскричала Ежинка, но Демьен уже обращался в дракона, будто некая сила трансформировала его тело против его воли.

— Держаться! — прорычал великолепный алый дракон, раскрывая огненно-красные крылья.

— Дерек… терпеть и держаться! Я верю в Уну, она сможет!..

И он, не в силах более противостоять колдовству, взмахнул крыльями и рванул в небо, к зовущему его волшебству.

***Старик Зима все слабел. Рука его, удерживающая посох, истончалась той особой старческой худобой, которая предвещает кончину, и Осень, уже торжествуя свою победу, рассмеялась, закружившись на свежем снегу в вихре листьев и спелых алых ягод.

— Ты проиграл, старик! Проиграл! Никого не спас! Я буду править вечно! Вечно! Вечное увядание и смерть! Вечный мрак, холод и грязь! Вечно!

Зима охнул и припал на одно колено, все еще отчаянно цепляясь за посох.

Но его истонченные пальцы уже больше походили на обтянутые сухой темной кожей косточки, чем на руку живого существа. Долгие белые волосы его расстелились по снегу — так низко склонилась голова Короля Зимы. Ветер перебирал белоснежный мех на воротнике его шубы.