Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Кто посмел осквернить мой пруд?! Кто посмел изгадить его?!

Огромная фигура, похожая на оживший утес, скользкий, заросший слоем водорослей, опутанный подводной травой, восстала из зеркальных вод. Перепуганная Пустота упала на задницу, глядя на восстающего монстра, чьи плечи закрывали солнце, а с головы и спины водопадами лилась вода. Бугристая зеленоватая кожа огромного монстра походила на лягушачью. Его жирное тело, разбухшее от долгого лежания на дне, было перетянуто скользкими ремнями, впившимися в пузо, в жирную грудь, а на уродливой голове поблескивал золотой обруч короны.

— Это я наплевал в твою лужу, Железный Ганс! Потому что ты самый ленивый и ничтожный король из всех, которых я знал, — дерзко выкрикнул Аргент, и чудовище, взревев, выкинуло на берег книгу — ее страницы замерли, словно невидимая рука перелистывала их, — и утопленного солдата, замершего в нелепой позе.

И то, и другое было золотым.

— Повтори-ка это еще раз, мерзавец! — проревело скользкое чудовище, медленно двигаясь к берегу, и Пустота едва успела отпрянуть от набежавшей волны, вызолачивающей песок.

И Аргент успел; одним прыжком он оказался в седле черного коня, скинув вниз одного из всадников, прямо в закипающую волну. Бессмертные воины не успели и слова произнести — накатившаяся волна омыла из ноги, делая золотыми, неживыми, отнимая возможность двигаться. Упавший под копыта своего коня всадник и вовсе весь превратился в статую, а конь под Аргентом забился, медленно покрываясь золотом от копыт до самой макушки, не в силах двинуться с места.

— Повтори! — гудел Железный Ганс, пыхтя и сопя, буравя дерзкого Аргента ненавидящим взглядом."

"Впрочем, тому явно было лень размениваться на колкие разговоры; да и драка ему порядком надоела, и закончить ее Аргенту не терпелось. Магический дар пылал в его руках, причудливо переплетаясь с техномагическим, и Аргент смеялся, спрыгнув с застывшего, словно врытого в песок коня, пассами призывая к себе раскиданные по берегу черные части своей брони.

Длинная черная сверкающая полоса по приказу рук Аргента хлестко перечеркнула тело Железного Ганса, привязывая его правую руку, и монстр взревел, почуяв неладное. Но он был слишком неповоротлив и тяжек, и сразу выбраться не смог, а бриллиантовые путы, врезаясь хлыстами в его глянцевую кожу, рассекая его тело до крови, вязали его крепче и крепче, опутывали со всех сторон, лишая возможности двигаться.