Меня интересовало совсем другое: кто же все-таки включал свет в его каюте? И если искал там что-то – то что?
Я была почти уверена, что Митько рассказал убийце о папке или о чем-то подобном – только для того, чтобы подстраховаться. И убийца обязательно будет искать ее. Он будет методично обшаривать все самые глухие закоулки корабля, на это уйдет немыслимое количество времени, но две недели у него в запасе есть, можно попытаться рискнуть… Когда я подошла к двери, то поняла, что версия Суздалева о том, что в каюту Митько мог войти капитан, отпала сама собой.
Белая полоска бумаги с неким подобием печати была аккуратно снята и впоследствии водружена на место. К двери он был приклеен маленьким кусочком хлебного мякиша. Сделать это мог любой пассажир “Эскалибура”. Но кто?
Слишком много людей сегодня ночью не спало…
Никто не пришел к завтраку вовремя.
Да и сам завтрак впору было переносить на палубу: с самого утра все пассажиры торчали наверху и глазели на открывающийся с борта корабля пейзаж. Наравне с пейзажем особой популярностью пользовался второй помощник Суздалев.
Он разъяснял всем желающим возникающие у них вопросы, и с одинаковой невозмутимостью гасил и вспышки восхищения, и вспышки разочарования. Вдали покачивалась полоска пустынного берега, до нее было не больше километра-полутора. Но всезнающий второй помощник тут же сообщил о том, что расстояния на море обманчивы, что море вообще приближает берег. И видимый километр всегда оборачивается пятью настоящими. Что сегодня после завтрака первая партия охотников выйдет на фанц-ботах на тюленей, что количество людей в них должно быть строго регламентировано и что всю грязную работу по разделке туш тоже могут выполнить все желающие… Тут же были продемонстрированы нехитрые приспособления для лова и транспортировки животных, больше напоминающие орудия пыток периода великой инквизиции.
Все это вызвало прилив здорового энтузиазма, что немедленно было зафиксировано на пленку вездесущим оператором Вадиком. Даже Клио, забыв о своей стервозности, пару раз показала объективу язык.
На палубе толпились все, за исключением разве что Андрея (это было вполне понятно) и Карпика (что было совершенно непонятно, ей так хотелось не проспать мажорное начало охоты и первой увидеть тюленей). Я обменялась несколькими репликами с Аникой, надменно продефилировала мимо губернатора и призывно улыбнулась нейрохирургу Антону.
Но все были заняты только одним – приближающейся охотой на тюленей.
Завтрак прошел скомканно.
