Нам предстояло осмотреть эти места, сообщить командирам частей и подразделению на этом участке об опасном диверсанте и просить их оказать помощь в поисках Фрида. Просьба, конечно, законная с нашей стороны, но вот уверенности в том, что командиры сейчас же бросятся ее выполнять, у нас, конечно, не было. Да и можно их было понять. Враг прет и прет, подразделения несут потери, гибнут в полном составе, пытаясь заступить врагу пути. Вот он – реальный, осязаемый, стреляющий в тебя враг. Ты его видишь перед собой и стоишь насмерть на своих позициях.
А с Фридом как? Может, здесь, а может, и нет, может, этим офицерам из НКВД показалось, да и когда он сможет что-то сделать и где, какой вред нанести? Неужели больший, чем прорвавшаяся в тыл нашим частям танковая дивизия немцев? Мы с Сосновским отдавали себе отчет в том, что большой помощи от воинских частей не получим. Не их это дело, а наше, нам нужно лезть из кожи, но найти Фрида-Федорчука.
Пока механики чинили нашу машину, Буторин и Коган отправились вместе с разведчиками полка осмотреть подходы и проверить, не продвигаются ли немцы со стороны железной дороги.
Были два опасных участка для прорыва. Один в том месте, где насыпь была высокой, а за ней овраги и байрачные леса. Там вполне могла сконцентрироваться немецкая пехота, а потом атаковать наши позиции во фланг. Второй участок был низким, и там железную дорогу пересекала автомобильная дорога. Пусть и грунтовая, но в лесах можно было сконцентрировать бронетехнику, а потом ударить через железнодорожное полотно по нашим частям.
Два десятка мотоциклистов выехали на эти участки. Наши ребята отправились с ними не только потому, что не могли сидеть сложа руки, когда враг атакует по всему фронту. Они еще думали и о том, что Фрид мог попытаться уйти по этим направлениям. Навстречу атакующим войскам идти смертельно опасно, но черт его знает. О Вальтере Фриде говорили как о человеке непредсказуемом."
"Командир взвода выделил оперативникам мотоцикл. Пулемета на нем не было, но Коган, усаживаясь в люльку, только махнул рукой.
Группа мотоциклистов понеслась по лесной дороге. Буторин за рулем своего мотоцикла ехал замыкающим. Хорошо, что почва тут была песчаной и за колонной мотоциклов почти не было пыли. Разведчики не стали выходить на передовые позиции полка, а лесными дорогами через устроенные засеки вышли к железной дороге. Здесь, в зарослях молодого клена, оставив мотоциклы, автоматчики поспешили к высокой насыпи железнодорожного полотна.
