Вот в этом и проблема, во внезапно отключившимся у всех разуме, а я никак в эти ряды не войду.
— Кот очень требователен, жесткий, но он далеко не дурак, Вадим. — Вздохнул Анохин, невесело улыбнувшись. — Он всегда думает наперед исходя из имеющихся у него информации, представлений и всегда заранее имеет порядок действий. Когда у него не совсем верные представления, его порядок действий может иметь фатальную составляющую.
— Снова возврат к проблеме. — Кивнув, расслабленно улыбнулся Вадим, немного отклоняя голову назад и сквозь ресницы глядя на сигарету в своих пальцах.
— Слишком много у него этих своих порядков и своих представлений. Марвин живет по этим порядкам и его представления уже далеко не его. А Кота. Он и кошелю диктует, да много кому надиктовывает. — Затянулся и задумчиво глядя на Костю, выдохнул в сторону и обозначил, — тем временем он просто зам и если где-то ебанет, то по нему минимально. Ты меня понимаешь?"
"— Как никто другой. И все же, Вадим, Кот первый зам, — мягко поправил Костя, — и первый не просто так.
Марвином и остальными он манипулирует, здесь я с тобой полностью согласен, однако, вспомни события годовалой давности. — Вадим, глядя на него, сделал большой глоток виски и в глазах мелькнуло что-то неопределенное. — Он в управлении не потому что ему повезло, — голос Кости одновременно и мягче и парадоксально, но тверже, — семьдесят процентов круга в том виде, в каком он сейчас, складывал он, а ему было двадцать пять. Он сам пришел в систему, сам вышел на Марвина и сам начал ставить.
Это его детище. Вы не были на становлении, создавал он и он будет от тебя требовать подчинения, это закономерно и он имеет на это право. Когда Марвина попросят, так сказать, на пенсию, то у вашего руля встанет не Дубцов, его тоже, скорее всего, сразу попросят. Кот может один тянуть, уже это достойно уважения. Вы в одном рабочим процессе. Будь гибче, Вадим. И Яру пора напрямую сказать, что не все мечтают о спокойной жизни, некоторые остаются в системе, чтобы держать ее в константе, чтобы не стало хуже, это и есть их жизнь.
— Ты же сам дошел до этой мысли? — чуть погодя едва заметно кивнув, произнес Вадим. Так же невесело улыбнувшись и отведя взгляд, с эхом усталости проговорил, — я Ярому говорил. Но у него тоже свои представления.
— По типу: мы подумали и я решил. Да. Это же Ярый. — Улыбнулся уголком губ Костя, стряхивая пепел и затушивая сигарету.
Шива усмехнулся и кивнул. Блок снят, пусть частично.
