Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Глеб, мы тут! — позвал Даня и несколько секунд спустя они поднялись на площадку и так же как и Даня, остановились у окна

— В клубе работала, говоришь… В «миллениуме»? — уточнил рыжеватый блондин, с сомнением глядя на меня, отдающую ветровку шатену, отмахнувшемуся было, но я настояла. — Да там какая только шваль не водится и чем только не долбится. Увольняйся оттуда нахер. У меня однокурсница там как-то потусила и потом полтора года к психологу ходила, а причине этих походов, сыночку Нагорнова, чиновника департамента градостроительства, так и не смогли вменить изнасилование.

— Это Старкова Оля? Да ладно, блять… — удивился Даня, качая головой и пригубив бутылку, — хотя, это же «миллениум»…

— Подъезд сквозной. Можно с той стороны выйти, — сказал шатен, хмуро глядя во двор, полнящийся людьми. Некоторые уже узнаваемы. — Малая, ты далеко живешь?

— Далеко, — пробормотала я, — сейчас такси вызову…

— Ты с нами здесь постой, пока не приедет.

Будешь? — протянул он мне бутылку.

Я отказалась, открывая приложение такси и пальцы замерли. Выглянула в окно и огляделась. Камеры. Номер машины запишут, через диспетчера мой номер можно узнать. Может, конечно, и паранойя, но с учетом услышанного…

— У меня интернет кончился, — изображая неловкость, проблеяла я, — можно попросить вас машину заказать? По городу…

— Сейчас. — Отозвался Даня, вынимая телефон из ветровки. — Ты уж извини, что отрядом не выступим. Сесть я не хочу, а эти явно при бабле, в костюмчиках все и при дорогих мотиках.

— С эхом стыда пробормотал он, глядя в экран. — У меня жена и дочка маленькая, они одни останутся, я так не могу. Мы с пацанами после работы вышли пива попить возле дома, ты уж прости, что по совести, а не до конца…

— Нет, — отрезала я, едва не оседая на корточки из-за слабости в коленях, но удерживая корпус руками, сжавшими поручень с облупленной краской, — спасибо. Спасибо за это, бля-я-ять.

Просто спасибо.

— За нормальность не благодарят, — поморщился шатен, когда я на мгновение стиснула ладонью глаза, подавляя истеричный смех, а он, отворачиваясь от окна и глядя в телефон Дани с пришедшим оповещением, порылся в заднем кармане джинс вытаскивая мелочь, — у тебя деньги-то есть, малая? Мишань, накинь, я тебе отдам потом, подниматься не хочу в хату, а то мама проснется, — гоготнул, — и домой загонит, а еще не допил.