Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В светло-карих глазах мелькнула тень удержанного удовольствия и он, вновь понизив голос, произнес:

— Полагаю, сохранение долгого привкуса обуславливается крепостью напитка. Вероятно, это был эспрессо. — Он беглым взглядом скользнул по бейджу у меня на груди и с неощутимой тенью улыбки в голосе, произнес, — мне двойной, Андрей.

Я не поняла, как вышла из этого проклятого випа. Я не поняла ничего. Моменты просто пеплом выдуло из памяти. Я себя осознала на лестнице со второго этажа на первый, и то, только потому, что навстречу мне поднимался снова разговаривающий по телефону мужик, который выходил из кабинета, когда меня так подло подставил долговязый.

Я, глядя в ступени, ускорила шаг, собираясь пройти мимо него. Расстояние между нами сокращалась стремительно, так что несмотря на уже приглушенную громкость музыки — клуб готовился к скорому закрытию, я услышала его голос:

— …сейчас найду. А, нет, погоди. Средний рост, худощавое телосложение, темные волосы? — я вновь ускорила шаг, внезапно перестав быть атеистом и истово умоляя всех богов, чтобы речь шла не про меня.

Но, видимо, я так грешна, что мои мольбы все боги единогласно проигнорировали, ибо, — уже нашел. Второй этаж, у лестницы. Да я понял уже, и, Кость, тот хаос на лестнице эта же девушка устроила, во всяком случае, чрезвычайно похожа, я успел ее рассмотреть. Хорошо. — Его краткий смех под мой едва слышный скулеж, когда в поле зрение попало то, как он сделал шаг в сторону, заступая дорогу и я инстинктивно остановилась, глядя на него, завершающего звонок и поднимающего на меня взгляд прохладных глаз от экрана телефона.

Делающего шаг вверх через две ступени, заставляя подняться. Отступить. Вернуться на площадку второго этажа, — куда же вы так торопитесь, молодой человек? — вежливо улыбнулся похолодевшей мне, — Константин Юрьевич попросил найти вас, чтобы передать, что кофе он больше не желает.

Под набат сердца в ушах я тупо покивала, глядя в прохладу зеленовато-голубых глаз и, только было решилась наивно проскочить мимо него, но он тут же двинулся в сторону, оборвав попытку смыться, и с нарастающим насмешливым скепсисом глядел на люто паникующую, но старательно бравирующую меня:

— Отойди! Те! — глухо потребовала, отводя взгляд от колкого льда сарказма в его глазах, попыталась ринуться в другую сторону и скатиться по лестнице, но он двинулся в том же самом направлении и, скрестив на руки груди, прижался плечом к стене, отрезая мне путь на выход.