Аджей узнал Гурова. Постоял несколько секунд, будто раздумывая, и быстро пошел к машине.
Наверное, Полонский знал невидимую Львом тропинку, потому что у машины оказался раньше его. Разбудил водителя, тот включил фары и свет. Оперативник открыл рот, чтобы спросить, но художник посмотрел на него так, что язык приморозило к небу. И заговорил сам. Тихо и очень зло:
— Вынюхиваешь, писатель? Вперед садись, Оксана уехала с кем-то другим. Я на ногах третьи сутки, мне поспать нужно.
И, не добавив ни слова, нырнул в заднюю дверь.
Лег, свернулся на сиденье плотным клубком, спрятал лицо под капюшоном и согнутым локтем и задремал.
Глава 10"
"Новые сутки просто наступили, без рассвета, без удовольствия от утреннего ритуала проверки электронной почты под чашечку ароматного кофе, без смайлов в ответ на анекдоты Крячко. Даже история о том, как Стас рассказал Верочке, что Гуров сфотографировался с «вернувшимся домой ангелом», и что она обещала любые деньги за это фото и автограф — не позабавила.
Он не станет фотографироваться с Аджеем даже за деньги, а уж просить автограф у художника его не заставят даже под угрозой расстрела. Почему? Сложно сказать. Наверное, потому, что много чести. Это для них Аджей Полонский звездный мальчик, исцеляющий прикосновением и способный одним взглядом уничтожить и воскресить. Фанатские бредни. Для него, полковника УГРО, Аджей — нервная шпана с обесцвеченной шевелюрой. Заработал имя и кое-каких денег, но более всего — проблем на свою светлую голову.
И теперь скорее умрет, самостоятельно и гордо, чем попросит помощи. Невольное уважение, вызванное этой характеристикой, натолкнуло на простую мысль: а почему он должен просить помощи у какого-то писателя, а вполне возможно, что и журналиста, с которым знаком считаные часы. Почему Полонский должен ему доверять? Совсем не должен. Да и что Гуров знает о его жизни? Едва ли треть, вот и правильно делает, осмотрительность в знакомствах и разговорах часто спасает людям жизни, а не только бывает полезной по странному велению интуиции.
Аджей сказал, будто ему кажется, что Лев может быть ему полезен. Так ведь он даже не подозревает насколько. Под всей этой наносной бравадой шоу-бизнеса и богемного лоска, Аджей свой в доску парень. Они просто поговорят, открыто и честно. Гуров перестанет ломать комедию и притворяться писателем, Аджей расскажет ему, какие проделки привязали его к Сифону и вечеринке на барже.