Мастер, как опытный и дальновидный стратег, предпринял еще кое-какие шаги на случай совсем непредвиденной ситуации: погибает группа Бешеной Акулы и суперагентов, а контейнеры теряются из виду. Тогда он передает по своей цепочке информацию об упущенных контейнерах. Конечно, шанс отыскать их будет не столь велик, как хотелось бы Мастеру, но вполне реален. Впрочем, Мастер уповал на Бога и верил в удачу, которая до сих пор не подводила.
А тот, чья смерть была уже предрешена, разработал свой план по захвату ценного груза и не доверил его никому, даже своему любимому Мастеру.
Но не потому, что не верил ему, а потому, что был по-своему суеверен и хотел сделать все сам, а уж потом доложить об успешном выполнении задания. И горе тому, кто попробует встать на его пути. На эту карту он поставил все свое будущее, понимая, что вряд ли еще представится подобная возможность показать себя.
В отличие от своих соперников, пытавшихся обойтись без ненужных жертв, Уоркер решил перейти границу, и оказавшись на территории Афганистана, уверенно идти за противником, не обращая внимания ни на какие преграды.
Главное — не оставлять в живых свидетелей. Он не хотел рисковать: коль скоро есть соперники, то нужно действовать как можно быстрее. Победит тот, кто первым придет к финишу. Его соперники, находясь на территории чужой страны, естественно, будут идти, не привлекая к себе внимания, скорее всего, по ночам, а значит, очень медленно.
Он же со своей группой не собирается прятаться от афганцев. Он был инструктором в их так называемой «армии» и великолепно знал это малограмотное стадо, которое может воевать только массой, убивая в спину, из-за угла. Нет, не дождутся азиаты, чтобы он, один из лучших бойцов спецподразделения, стал от них прятаться. Однако необходима тщательная разведка по пути и охрана тыла. Главное — не дать им застать себя врасплох."
"Он вспомнил те времена, когда учил этих туземцев воевать.
Многие даже не знали, что такое автомат, и почему из него вылетают пули. А уж попасть в мишень… Им приходилось выпускать по сотне пуль, прежде чем они привыкали не закрывать глаза. Глядя на этих грязных, пропитанных потом, заросших, низкорослых тощих людишек, в засаленных и пыльных чалмах, которых русские так метко прозвали «духами», Уоркер подумал, что он один мог бы голыми руками разогнать если не батальон, то уж роту наверняка.
