Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Никто не встал на его защиту, все прикрылись древней как мир формулировкой: «Моя хата с краю, я ничего не знаю!» Трудно сказать, что подтолкнуло Бондаря: то ли ему помешал шум, то ли вспомнился Афганистан, где убивали безоружных и беззащитных людей, но он неожиданно для всех громко бросил: — Может, хватить над стариком измываться? В его голосе было что-то такое, что парни как по команде отвернулись от бедного старика и взглянули в сторону Бондаря, сидевшего на втором ярусе.

— Это кто там пасть разевает? — зло ощерился тот, что был похилее всех из этой тройки.

С первых минут парень давал понять, что является самым «крутым» из них. — Тебе бы рядом с аптекой жить, — спокойно заметил Бондарь и даже зевнул.

— Зачем это? — машинально поинтересовался тот. — Чтобы яд свой было удобнее сдавать! — ответил Бондарь, и этот ответ вызвал хихиканье старожилов камеры, перешедшее в общий смех. Это настолько задело приятелей, что те наперебой начали выкрикивать угрозы в его адрес."

"— Это кто там хрюкает! — спросил один. — Ты, псятина, а ну слезай сюда: посмотрим, какой ты смелый! — кричал другой.

— А то я сам поднимусь сейчас к тебе! — с угрозой бросил «хилый».

— Не нужно утруждаться, — усмехнулся Бондарь. В камере мгновенно наступила тишина, и вокруг тройки стало освобождаться пространство, люди стали пятиться по сторонам. Когда стало посвободнее. Бондарь спокойно спрыгнул со второго яруса на кафельный пол и застыл в метре от новичков. Прыжок был сделан настолько профессионально и уверенно, что это несколько озадачило приятелей.

И только «хилый», опомнившийся быстрее своих дружков, сплюнул себе под ноги и процедил: — Ты чего тут раскудахтался? Напомню читателю некоторые особенности тюремнолагерной жизни. Дело в том, что именем такой благородной домашней птицей, как петух, в местах не столь отдаленных называют педерастов. И любое упоминание о принадлежности к этому птичьему семейству есть самое грубое оскорбление. Тот, кто пропускал мимо его ушей и не давал отпора, мог действительно подвергнуться притязаниям со стороны окружающих.

Как говорится, если не возразил, то, значит, и есть такой!

И безусловно, бросив в лицо Бондарю «раскудахтался», парень знал, что пути назад уже не будет. Он с такой наглой усмешкой уставился на Бондаря, что тот на выдержал: неожиданно выбросил вперед свой кулак, и удар пришелся точно в переносицу наглеца. Удар был настолько силен, что беднягу отбросило на несколько метров в сторону. После падения он кувыркнулся и вмазался прямо в дверь.