Кольцо фараона читать онлайн

- Да вот сделал так, как турки в Стамбуле делают, - показал ему самокрутку.

Показал ему, как крутить, он послюнил и склеил. Сидим, курим.

- Ну, Иркутянин, ты на все руки горазд. А ведь самокруточку удобнее курить, чем трубку, - сделал вывод Ордынцев.

- Ты погоди, от самокрутки у тебя пальцы будут желтыми от никотина, который в табаке содержатся. А усы все равно будут рыжими и прокуренными, хоть от трубки, хоть от самокрутки, - пошутил я.

Так мы вдвоем стали законодателями курения самокруток в Севастополе.

Оказывается, не только я видел турок с самокрутками.

Англичане и французы тоже начали крутить самокрутки. Но там люди предприимчивые, подумали, посчитали и сказали, что они на этих копейках сделают огромный гешефт. Стали бумагу для самокруток резать и упаковывать ее аккуратно. И табак стали выпускать самокруточный, резаный. И пошло дело. Потом стали машинки делать, это я уже потом в музее видел. Вставляешь листочек, насыпаешь табак, крутишь ручку, сворачивается сигарета-самокрутка, можно слюной склеить, а можно и специальным безвредным клеем, кисточка рядом. Еще чуть крутанул ручку и сигарета готова. И предприимчивые люди пошли дальше. Стали самокрутки делать сами и в пачки упаковывать. И название им дали сигарета, маленькая сигара.

А тут и граф Толстой подоспел. Подпоручик артиллерии. Подпоручик как подпоручик, только граф, а мы все не графы. Представляйте нашу любую воинскую часть. В часть прибыл для прохождения службы лейтенант. Прибыл? Молодец. Вот тебе взвод и давай служи родине. Кто знает, что потом из лейтенанта получится, может писатель великий, а может президент знаменитый? Это потом, а сейчас он лейтенант, то есть подпоручик, и служит подпоручиком.

Так что я разочарую читателя тем, что не почерпнул от подпоручика Льва Толстого никаких умных философских мыслей или еще чего-то, мы все промелькнули перед его глазами и вряд ли он кого сильно помнил, кроме разве что руководителей обороны Севастополя, которых и описал потом в ""Крымских рассказах"" . Себя я там не нашел, а вроде бы в его знакомцах числился да и был известен лично высшему командованию.

Тут у меня Тарас Петрович оплошал, поскользнулся, упал, да левой рукой прямо на камень. Перелом. Страшное дело. Я быстро ему из дощечек шину соорудил, обмотал веревками и так в госпиталь отправил. А там уже врачевал наш светила медицинской науки Николай Иванович Пирогов. Сколь жизней он спас, точно неизвестно, но лишь за это он должен быть увековечен памятником от благодарного народа русского.