Богдан Иванович Сушинский — «Колокола судьбы»: читать онлайн бесплатно полную версию

Колокола судьбы читать онлайн

Обложка книги Колокола судьбы
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Конец 1943 года. Гитлеровцы, в очередной раз заявив о гибели ненавистного им Беркута, снова просчитались. Бывший лейтенант, а ныне — капитан Громов, принимает под свое командование присланную на его поиски диверсионно-разведывательную группу с Большой земли. Оборудовав в предгорьях Карпат надежную базу, отряд приступает к полномасштабным партизанским действиям, вызвав раздражение и невольное уважение у своего главного противника, гауптштурмфюрера Штубера.Роман входит в новый цикл «Хроника «Беркута» известного писателя Богдана Сушинского и является продолжением романа «Жестокое милосердие».
Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Они с Горелым сидели за валуном и попросту не заметили появления капитана.

— Ну, говорить могут всякое. А пока такого человека своими глазами не увидишь в бою, не поверишь. И что немецкий язык так хорошо знает, тоже с трудом верилось.

«Болтуны, — поморщился Беркут. — Нашли тему для разговора!»

Было еще довольно светло, и хотя большую часть Монашьей тропы скрывал от глаз густой кустарник, все равно появляться на ней сейчас было рискованно: мог заметить кто-нибудь из немцев или полицаев. Однако, ступив на нее, Беркут уже не сумел удержаться от того, чтобы не проведать Отшельника, который сразу же после операции снова укрылся в своей «пещере-келье» и больше не показывался ему на глаза.

* * *Подойдя к камню, которым Отшельник мог перегородить путь, Андрей обратил внимание, что в этом месте, на гладкой в общем-то поверхности скалы, лучи предзакатного солнца как бы преломляются на стекольно-слюдистых зернышках едва уловимых граней. Чуть отклонившись, он понял, что это грани борозд, которые сливаются в какие-то знаки.

Отклонился еще больше и, рискуя сорваться, вернулся чуть-чуть назад.

Поблуждав взглядом по затейливой церковно-славянской вязи, он сумел прочесть написанное в два ряда изречение: «Милосердие к себе — жестокость есть, жестокость к себе — милосердие». «Странная мысль», — подумал он, обходя камень-ворота, и вдруг наткнулся на еще одну надпись, сделанную очень тонко, очень мелким резцом: «Жизнь есть жестокое милосердие Божье».

— Что, Беркут, не согласен с этой мыслью?

— Надпись кажется свежей.

— Она и есть свежая, потому что войною писана.

— Вот оно что! Значит, фраза: «Жизнь есть жестокое милосердие Божье» — твоя работа? И пришло тебе это в голову во время раздумий над надписью, сделанной монахами?

— Эта, первая, надпись сделана не монахами, а моим дедом.

— Тем самым, что вытесал «Распятие» у входа на кладбище на окраине Сауличей?

— Им.

— Талантливым дедом наградила тебя вещая судьба рода.

— Постой-постой, ты-то об этом от кого узнал?

— Пришлось видеть, как один обреченный на виселицу или на распятие военнопленный спасал от обезглавливания распятого Христа.

Правда, тогда этот пленный показался мне истинным солдатом, храбрым и мудрым, верящим только в свою собственную судьбу.

— Значит, ты видел все это?

— И не только я.

— Да, там неподалеку, на базаре, обычно крутилось много народу… Иногда полицаи подходили… — как бы про себя прикидывал Отшельник, стараясь вспомнить, примечал ли он этого человека возле распятия.

Подбор книги