Люди расступились по обе стороны зала, образовав широкий коридор, и низко склонились, и это отчего-то принесло Кире некое призрачное, как и все здесь, удовольствие, но она тут же одернула себя — нельзя, нельзя! Стас потянул ее за собой, и она пошла, ступая босыми ногами по гладким холодным плитам и надменно глядя вперед — туда, где, еще очень далеко, на площадке, к которой вели широкие ступени, стояла, приветственно протянув руки, высокая женщина с зачесанными наверх волосами и в строгом платье с длинной узкой юбкой, и даже не разбирая еще черт ее лица, Кира уже знала, чьи руки протянуты в ее сторону.
В голове ее был полнейший сумбур, и она пыталась выудить из него хоть что-то, что ей следует сказать, но ничего не получалось. Что она сейчас скажет бабке? Вера Леонидовна, вы низложены? Или: «Теперь я тут главная и посему отменяю все это во веки веков»?! Она отвела взгляд от женщины и принялась смотреть на медленно плывущие мимо склонившиеся перед ней головы, и одна, с пышными короткими волосами, в которые был воткнут бледный цветок с холмов, вдруг показалась ей очень знакомой.
Не выдержав, Кира выдернула руку из пальцев Стаса, и подбежала к застывшей в низком поклоне фигуре. Шарф слетел с ее головы, мягко скользнул на пол, превратился в туманную дымку и исчез.
— Вика! Вика!
Минина медленно подняла голову, и на Киру глянуло ее бледно-серое лицо и тусклые, ничего не выражающие глаза.
Кира схватила ее за обнаженные плечи — кожа Вики оказалась прохладной и упругой, почти живой, и в то же время Кире показалось, что она касается не человека, а чего-то иного, и испуганно отдернула руки. В глазах Вики что-то мелькнуло, и она зашевелила губами, но Кира не услышала ни звука.
— Они тени, — хрипло произнес Стас позади. — Они не могут разговаривать.
Кира яростно обернулась к нему, но, увидев его лицо, осеклась и снова посмотрела на Вику.
Подруга опять зашевелила губами, слабо махнула рукой туда, где сверкали глазами черные стражи, и на ее лице появилась мольба, потом она склонила голову, и Кира внезапно поняла, о чем попросила Вика. Она хотела, чтобы Кира отошла от нее. Потому что иначе Вику накажут. Кира сжала зубы, отвернулась и решительно зашагала вперед уже без всякой торжественности и величавости, шлепая по плитам босыми ногами.
