Колдун и Сыскарь читать онлайн

А на самом деле вполне себе капитальное бревенчатое сооружение, загруженное и насквозь пропахшее сеном, с двумя небольшими очень удобными для наблюдения окошками по обе стороны от дверей, которые впору назвать воротами. Как раз по окошку на брата. И по паре глаз брата на коровник. Сарай для кормов располагался на скотном дворе фермера Александра Вежина как раз таким образом, что из окошек прекрасно наблюдались оба стоящие рядом коровника и просматривалось всё пространство перед и между ними.

В общем-то было понятно, как сторожа могли раньше не заметить таинственного убийцу телят.

В сами коровники попасть можно было тремя путями. Обычным — через двери. Необычным — через три окна, расположенные в каждом из этих обиталищ для крупного рогатого скота лишь с одной стороны. И совсем уж необычным и трудным — через крышу. Предварительно часть этой самой крыши разобрав.

Крыши исключили сразу. Они была прочные, двускатные и двухслойные, крытые шифером. Незаметно и быстро сделать ночью лаз в такой крыше нереально.

Остаются двери и окна. Вот тут — запросто. Вход, а равно и въезд, на скотный двор, возле которого торчала будка сторожа, располагался точнёхонько в «створе» между коровниками и сараем для кормов. Посередине. Таким образом, что двери-то коровников из сторожевой будки видно. А вот окна — нет. Если с задов скотного двора, с той стороны, где за торцами коровников вовсю распространяли специфические запахи навозохранилище и два колодца для сбора мочи, тихо перебраться через ограду (это не составляет большого труда), а затем так же тихо залезть в окно, то можно и остаться незамеченным.

В засаду друзья, напарники и компаньоны сели ровно в четверть двенадцатого или, говоря привычным им языком, в двадцать три часа пятнадцать минут.

А перед этим сделали всё, как и намечали. Заехали попрощаться сначала к завучу школы Нине Петровне Ивановой, а затем и к Светлане. Оба прекрасно осознавали, что по большому счёту к Светлане можно было и не заезжать. В том смысле, что для предстоящего дела это было практически неважно.