Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Глава 25

— Свет, уложи спать девушку, — попросил я невесту, — позже закончим.

Лекарка без проблем усыпила эмпатку и проверила состояние остальных бандитов.

— Продлила воздействие ещё часа на два, — коротко отчиталась она.

Тем временем императора и его свиту впустили в небольшую гостиную, где они расположились на диванчиках в ожидании нас.

— Ваше Императорское Величество, господа, — поздоровался я, а следом и все остальные. — Прошу располагайтесь.

— Владыко, — отдельно поздоровалась Кирана с незнакомым магом и, заметив моё недоумение, коротко показала через связь их знакомство на поединках с участием Виноградовых.

Занимательная личность, боевик, универсал, ещё и с Агафьей дружил.

«Дружит», — тут же одёрнул я сам себя.

— Специалисты осмотрели место преступления. Первые выводы уже сделали, — коротко ввёл нас в курс дела император. — Я решил, что лучше и вам услышать их. Ах да, — Пётр Алексеевич вынул носовой платок, весьма хитро сложенный, и протянул мне. — Вот, как просили. Взял из разных мест, вдруг, это имеет значение.

Я аккуратно развернул батистовую вещицу с вензелем императорской семьи и вышитым силуэтом кречета. Совсем нее ожидал, право слово, от императора такой практичности. Мне принесли образцы тканей разной величины и степени повреждения. Но это и вправду больше походило на рубленное мясо с остатками крови.

Чтобы не шокировать окружающий, не стал производить дегустацию на язык, а по очереди принялся растирать образцы между пальцев, под ошеломлённым взглядами.

Фоном я слышал доклад мага смерти, который обозначил время убийства и отсутствие души для допроса, что нехарактерно для такого короткого срока после смерти и степени жестокости расправы.

— А ещё… — он запнулся, но всё же произнёс, — такое ощущение, что его сначала убили, а потом уже нанесли тонким слоем по покоям."

"Я же в это время пытался просмотреть воспоминания по образцам, принесённым императором. И вообще ни черта не понимал. Ханса действительно убили, но это были свои же.

Я узнал Эрика Исбьерна, который свирепо бил морду и резал удлинившимися когтями на лоскуты задиру-Ханса, пока тот не признался, что сам отдал приказ разобраться с Астой. Он даже на груди его вырезал некий ритуальный символ, весьма мне знакомый по жертвоприношению в пещере. Видимо, смерть сородича Эрик посвятил Белому Медведю, быстренько расправившись с предателем. Но вот только тело после этого было относительно целым, а покои не походили на цех в скотобойне.