— Привет, — поприветствовала она его по-русски. С того момента, как Аливия взялась за изучение русского языка, у них так и повелось — Володя обращался к ней по-локхерски, как он узнал, королевство, в котором он находится, называется Локхер, а она отвечала по-русски. Если слов не находила, отвечала на родном языке и просила сказать перевод, после чего повторяла фразу до тех пор, пока не запоминала. Аливия оказалась упряма не только в тренировках, мальчик частенько замечал, как девочка едва не ревела, когда у неё что-то не получалось, а потом тренировалась или что-то учила до тех пор, пока не оставалась удовлетворена результатом.
Попутно Володя начал преподавать ей математику и геометрию. Десятичная система для неё оказалась полнейшей неожиданностью, как понял мальчик со слов Аливии, у них тут в ходу система счёта похожа на римскую, когда цифры обозначались буквами. Математические действия в этом случае превращались в подобие пытки. Аливию никогда не учили ни счёту, ни письму, считая это не женским делом, но, как уже понял Володя, это только подстёгивало любопытство, и девочка пыталась научиться всему самостоятельно.
Не очень успешно, но цифры выучила. Володя очень жалел сейчас о таком взгляде отца девочки, во-первых, он видел, что она учится с интересом и старательно, а во-вторых, сам бы хотел научиться читать по-локхерски. Увы, тут Аливия помочь ему не могла, пришлось ограничиваться только языком, хотя он учил её и грамоте. А счёт и хорошо, что не освоила — не пришлось переучивать. Так что вроде бы и радоваться надо, что её ничему не учили, кроме рукоделия (первым делом, на всех своих рубашках, она вышила разных зверюшек и цветы, а на Володиных — герб его рода, который старательно перерисовала).
Когда она впервые робко показала свой труд, опасливо косясь — отругают или нет, Володя растерялся и долго молчал. Девочка уже готова была разреветься от того, что обожаемому «брату» не нравится её вышивка, как мальчик выдохнул и заключил её в объятия.
— Ну ты даёшь, Кнопка! — восхищённо протянул Володя.
Доставая иголки и цветные нитки, когда Аливия сказала, что умеет вышивать, он никак не ожидал такого — вспоминал потуги сестры или её подружек, у которых получалось нечто далёкое от задуманного. Не учёл, что в этом мире искусство вышивания для девочек не занятие провести время, а необходимость.
— Без этого кто меня замуж возьмёт? — объясняла позже девочка с серьёзным видом.
— Шестью шесть? — с порога поинтересовался Володя.
— Тридцать шесть… ой.
