Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Вот и посмотрим!

Я толкнул створку ворот плечом и остановился, глядя на открывшуюся передо мной изумительную картину.

В мастерской было почти пусто. Стоял только один сиротливый автомобиль — который, похоже, не принадлежал никому из клиентов. То ли сам Вова, то ли кто-то из его механиков оставил здесь свой.

Посреди помещения стоял столик, застеленный газетой, с лежащей на нём колодой карт, и два перевёрнутых деревянных ящика — на которых сидели игроки в одинаковых рабочих спецовках.

Нас они пока не замечали.

Они, похоже, не замечали вообще ничего вокруг.

Вова, бросив взгляд в свои карты, объявил:

— Так. Топливный фильтр ты мне уже проиграл, теперь замена масла. И всё. А то ты из-под этой малышки вообще никогда не вылезешь, — он кивнул в сторону машины.

— Ненавижу менять масло, — проворчал Борис.

— Ну так не проигрывай! — хохотнул Вова. — Ну? Что у тебя там?

— Ещё.

Вова подвинул колоду, Борис взял верхнюю карту. Поморщился, взял ещё одну. Поморщился ещё сильнее.

Протянул руку за третьей, но тут же отдёрнул. Решил:

— Хватит!

Вова кивнул:

— Вскрываемся! — и бросил на столик свои карты. Торжествующе объявил: — Двадцать.

Борис взревел, как прирожденный картёжник, вскочил на ноги и со злостью швырнул карты на стол.

— Да что за сучье дерьмо⁈ — заорал он."

"— Девятнадцать, — невозмутимо ответил Вова. — Подвела тебя твоя стадистика — а я говорил! Тазик возьми, когда масло менять будешь. Не смей мне, как в прошлый раз, на пол всё слить — бошку откручу.

А его сиятельству скажу, что так и было.

Прозвучало шутливо — как, вероятно, звучало уже не раз; за то время, что Его высочество находились здесь, они с Вовой, очевидно, успели сдружиться.

Однако Борис не спешил переводить всё в шутку. В этот раз, видимо, проигрыш зацепил его всерьёз. Он вдруг зло, с неожиданной силой пнул столик. Получилось зрелищно: карты посыпались на пол, столик улетел в мою сторону. Вова от неожиданности подпрыгнул и, проследив взглядом за полётом, увидел меня.

Как раз в тот момент, когда рядом со мной встал император.

У Вовы явно случился паралич речевого аппарата. Он так и застыл с приоткрытым ртом и широко раскрытыми глазами. А Борис, ничего не замечая, новым пинком отправил в полёт ящик, на котором сидел. Тот пронёсся через весь бокс и, врезавшись в стену, разлетелся в щепки.

Я покосился на императора. Тот выглядел не лучше Вовы.