Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

– Можете, – спокойно ответил Борис Исаакович и показал ей свою сутулую спину.

– То, что Боря страстно желает написать нынешнему Президенту в суп, мне понятно, но при чём здесь самодержавие? – рассуждал Кох. – Делать ставку на замену президентской власти самодержавием или конституционной монархией глупо: не тот политический момент. Русский народ давно не испытывает ностальгии о государе-батюшке. Нет, самодержавие – это анахронизм, и вряд ли Березуцкий всерьёз делает на него ставку.

В этот момент пронзительно зазвонил телефон.

Кох снял трубку и услышал тревожный голос Богдановича:"

"– Генрих Вольфович, у нас ЧП! Включите телевизор!

Кох торопливо схватил пульт и нажал на первую попавшую под палец кнопку. Переключать каналы не пришлось: по всем каналам шёл экстренный выпуск новостей. Операторы снимали крупным планом горящие развалины здания, вокруг метались обезумевшие люди, милиционеры пытались поставить оцепление и освободить проезд для пожарных машин. Недалеко от очага пожара находилось несколько машин «скорой помощи», но, судя по всему, спасать было некого.

За кадром звучал испуганный голос комментатора, который скороговоркой сообщил, что в одиннадцать часов в здании центрального филиала холдинга «Чёрное золото» произошёл сильный взрыв. Здание сильно разрушено, и по всей вероятности, выживших нет. По предположению пожарных и взрывотехников, эпицентр взрыва находился на третьем этаже, в конференц-зале, где проходило собрание Совета директоров.

– Ты объявил мобилизацию? – сквозь зубы спросил Кох по телефону начальника службы безопасности.

– Ещё нет, – виновато ответил Богданович.

– Тогда объявляй немедленно! Война началась!

* * *В это тихое сентябрьское утро по булыжным мостовым Казань-града шла пара влюблённых. Это была красивая пара. Прохожие, улыбаясь, оборачивались им вслед. Белокурый молодой человек в голубой рубашке с расстёгнутым воротом был беззаботно весел и чем-то неуловимо напоминал молодого Есенина.

В правой руке он нёс тяжёлый кожаный портфель, из которого торчали свёрнутые в рулоны чертежи, а левой рукой обнимал за плечи юную спутницу – молодую стройную девушку с легкомысленными рыжими кудряшками и зелёными озорными глазами.

Девушка белозубо улыбалась и поминутно заглядывала молодому человеку в глаза. Правой рукой девушка обнимала друга за талию, а в левой руке держала длинный чёрный тубус, в котором, по всей вероятности, находились чертежи.