Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Я выпросила методички, достала учебники и программу для поступающих. Соорудила посылку и отправила по месту назначения.

Я не спрашивала про акустику, а решила дождаться Сашу, чтобы узнать из первых рук.

И только я устремилась вперед, только успокоилась. Случилось.

Меня вызвали в школу лично, по телефону. Не на родительское собрание, а с глазу на глаз.

Учительница моей доченьки рассказала мне, что дети в классе взяли моду читать классный журнал. Случалось — учительница оставляла на своем столе без присмотра. Мало того, что это документ, там оценки и прочее.

Там же в конце имена-отчества родителей с телефонами и национальностью в особой графе.

И вот как-то ученики сосредоточились именно на последней странице — где имена-отчества и национальности. И смеялись. Известно, что детям все кажется интересным. То, из-за чего можно над кем-нибудь поиздеваться. Я вынесла это из педагогического опыта.

В классе были две девочки-еврейки и один мальчик. Включая мою Эллу, естественно. Что бы она про себя ни навоображала.

И вот дошли до первого еврея. Каплан Анатолий Меирович — отец мальчика Юры Каплана. Громко провозгласили: «Еврей». Потом, как назло, по алфавиту — Лифшиц Лилия Товиевна — еврейка. Мама девочки Лифшиц Светы. Тоже во всю силу: «Еврейка». Ну и в самом конце дошли до моей — Файман Марк Мойше-Янкелевич, наш Марик. Папа, значит, наш дорогой. И с растяжкой:

— Вот еврей, так еврей!

Конечно, можно понять. Необычное отчество, даже на фоне еврейских.

Все смеются. Мальчик Каплан молчит, а сам бледный, как смерть.

Света Лифшиц уставилась в парту, даром что мою Эллу подбивала насчет того, что они русские с ней на фоне родителей-евреев.

А моя дочь подходит к столу, берет журнал, аккуратненько закрывает его и бьет по голове мальчишку-бандита-второгодника, который еле научился разбирать буквы, а зачитывает национальности во всеуслышание. И она так сильно лупила его по голове, что у мальчика из носа и ушей пошла кровь.

На этом месте вошла учительница и отобрала журнал. Он почти пришел в негодность.

Потому что у моей девочки достаточно дурной силы, чтобы истрепать что хочешь, не то что бумажный классный журнал.

Учительница тут же устроила разбирательство. Почему вообще посмели взять журнал и из-за чего инцидент.

Все молчат.

А Элла одна сказала:

— Кутузов Славик самовольно взял журнал и читал вслух национальности.

Учительница спросила:

— И за это ты его побила?

Элла ответила:

— Да. Я при всех сейчас скажу, что мои товарищи по классу — дураки.