Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Если дашь слабину, сожрут и не подавятся.

— Вау, — протянула Шаннон, снимая обертку с шоколада. — Любопытная педагогическая метода.

— Чудила, ну кто так ест! — Увидев, как кощунственно сестра расправляется с «Кит-Катом», я метнул в нее диванную подушечку. — Ты же не маньяк-потрошитель.

— Ты чего? — изумилась Шаннон и снова откусила батончик, не разломив его на две половинки. — Подумаешь, шоколадка.

Я осуждающе покачал головой и отхлебнул приготовленный сестрой чай.

— Все-таки ты чокнутая.

— Смотрю, ты сегодня бодрячком, — одобрительно кивнула Шаннон.

— Я очень тобой горжусь.

— С чего бы?

— С того, что ты идешь на поправку. — Сестра залилась краской и поморщилась. — И остался сегодня дома, хотя тебе тут откровенно паршиво.

Это точно.

Насчет бодрячка Шаннон поспешила с выводами, однако я по-прежнему сопротивлялся пороку, по-прежнему вел неравную борьбу и по-прежнему не употреблял.

Самая жесткая ломка миновала, но я знал, что хожу по тонкому льду и любая тусовка лишь увеличивает риск срыва.

Я не для того мучился целую неделю, чтобы спустить все в унитаз, а именно это и произойдет, стоит мне выйти из дома.

В отличие от отца, у меня не было зависимости от алкоголя, однако каждая рюмка играла на руку моему заклятому врагу.

Пьяным я обретал свободу, зато начисто лишался логики и здравого смысла; в безрассудном угаре меня тянуло на скользкую дорожку.

По синьке я терял бдительность, а утратив бдительность, закидывался наркотой.

Так повелось с тех пор, когда мне было немногим больше, чем Тайгу.

Если, блин, не Олли.

Почти полжизни я танцевал с дьяволом, играл с огнем и в итоге доигрался.

Не просто доигрался, а проиграл с разгромным счетом.

Переступил черту, откуда не возвращаются.

Перед глазами, как и неделю назад, маячило страдальческое лицо Моллой. Ее образ придавал мне сил, не позволял встать с дивана и натворить бед. На сей раз мне нельзя снова облажаться.

Ни при каком раскладе.

Если снова сорвусь, обратной дороги не будет.

— А знаешь, — протянула Шаннон, продолжая мусолить батончик, — никак не могу вспомнить, когда мы вместе встречали Новый год.

Зато я мог.

— Я учился в шестом классе, а ты в третьем. — Тот вечер ясно вставал в памяти, словно это было вчера. — Даррен оканчивал среднюю школу и как раз приехал, чтобы отпраздновать Рождество, когда у отца сорвало башню.

— Да, да. — Огонек в глазах сестры померк. — Припоминаю.