Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Достигнув вершины первого холма, они пошли по выкошенной тропинке. На рубашке Луиса проступили большие пятна пота.

Джад остановился. Сперва Луис подумал, что старик устал, но потом он увидел пейзаж, открывающийся у них за спиной.

– Здесь красиво, – проговорил Джад, зажав в зубах соломинку. Луис решил, что услышал типичное преуменьшение янки.

– Тут прекрасно, – выдохнула Речел, а потом повернулась к Луису и сказала почти обвиняюще: – Почему ты не говорил мне, что тут так красиво?

– Потому что не знал, – ответил Луис немного пристыженно.

Они все еще находились на своем участке, но раньше у Луиса никак не находилось свободного времени, чтобы забраться на холм позади дома.

Элли ушла далеко вперед. Теперь она вернулась и тоже глядела с искренним удивлением. Черч терся о ее лодыжки.

Холм был невысок, но его высоты оказалось достаточно. На востоке все закрывал густой лес, а на западе простирались золотистые земли, грезящие летними снами. Всюду тихо, все неподвижно. Даже бензовозы «Оринго» не нарушали тишины.

Конечно, они увидели речную долину Пенобскота, где когда-то по реке сплавляли бревна на север в Бангор и Дерри. Холм находился к югу от Бангора и чуть севернее Дерри. Река тут была широкой и медленной, словно крепко уснувшей. Луис видел вдали Гамфден и Винтерпорт, видел протянувшуюся туда параллельно реке, до самого Бакпорта, черную змею 15 шоссе. Криды смотрели на реку, окруженную буйной зеленью деревьев, на дорогу и поля. Шпиль Северной Ладлоудской Баптистской церкви пронзил балдахин старых вязов, а справа Луис увидел массивное, квадратное кирпичное здание школы Элли.

Над головой к горизонту медленно плыли белые, словно выцветшие облака. Где-то там протянулись поля, которые сейчас, в конце сезона стояли пустыми: дремлющие, а не мертвые, отдыхающие под паром поля, невероятного, рыжего цвета.

– Великолепно – вот верное слово, – наконец сказал Луис.

– В старые дни этот холм называли Холмом Панорамы, – заметил Джад. Он сунул сигарету в уголок рта, но не закурил. – Некоторые до сих пор продолжают его так называть, но теперь, когда молодежь переехала в город, об этом месте забыли.

Не думаю, чтоб тут бывало много народу. Снизу кажется, что отсюда ничего не увидишь, ведь холм не так уж высок. Но вы видите… – он обвел рукой открывающуюся панораму и замолчал.

– Можно увидеть все, – сказала Речел низким, почтительным голосом. Она повернулась к Луису. – Милый, неужели это принадлежит нам?

Раньше, чем Луис ответил, Джад сказал:

– Конечно.