Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Он видел, как тот идет с крайне недовольным видом и несет в руках три тарелки.

Он подошел к столу и поставил тарелку перед Римо:

– Для вас, сэр.

Вторую тарелку он поставил перед Мэй Сун:

– А это для прекрасной дамы.

Третью тарелку он грохнул на стол перед Чиуном, и мелкие капельки разбрызгались по столу.

– Если мы вернемся сюда через год, – изрек Чиун, – то эти пятна так тут и останутся. Китайцы, как вы знаете, никогда не моют столы. Они ждут, пока землетрясение или наводнение не смоют грязь. Так же они поступают и со своими телами.

Официант ушел на кухню, пятясь задом всю дорогу.

Под столом Мэй Сун тискала ногу Римо, зажав ее между колен. И – как поступают все женщины в подобных ситуациях – она, чтобы скрыть свои притязания на чужую ногу, принялась преувеличенно громко щебетать:

– На вид неплохо, – заявила она. – Интересно, это кантонская или мандаринская кухня?

Чиун понюхал тарелку с обычным китайским набором бесцветных овощей.

– Мандаринская, – высказал он свое суждение. – Пахнет псиной.

Кантонская кухня пахнет птичьим пометом.

– Людям, которые едят сырую рыбу, не следовало бы плохо отзываться о кухне цивилизованных народов, – Мэй Сун отправила в рот полную ложку овощей.

– Употреблять в пищу птичьи гнезда – это что, признак цивилизации?

И обычная перепалка завязалась снова.

Но Римо не обращал на них никакого внимания. В зеркало ему были хорошо видны двери кухни, а через их круглые окошки был прекрасно виден официант, разговаривавший с тем молодым китайцем, который следил за ними на улице.

Тот размахивал руками, и Римо увидел, как он снял свою фуражку и с размаху отхлестал официанта по лицу.

Тот поклонился и выбежал в зал. Пробегая мимо стола, он что-то пробормотал себе под нос.

– Что он сказал? – спросил Римо Чиуна.

Чиун по-прежнему вертел ложкой в тарелке с овощами,

– Он назвал меня свиньей.

Римо продолжал внимательно следить за официантом. Тот подошел к телефонному аппарату и набрал номер. Три цифры – всего три. Экстренный вызов полиции города Нью-Йорка.

При чем тут полиция? Этому может быть только одно объяснение: ему велели во что бы то ни стало разъединить девушку и ее телохранителей. Для этого надо натравить на них полицейских, а в поднявшейся суматохе девушку увести. Римо не слышал, что говорит официант – тот говорил шепотом, но все же он наклонился вперед и прошептал Чиуну:

– Нам придется разделиться. Отведи девушку назад в гостиницу. Проследи, чтобы за тобой не было хвоста. Оставайся при ней.