Хуррит (СИ) читать онлайн

Оставшиеся несколько колышков никак не могли помочь — это всего лишь пара ножей.

— Что будем делать? Сколько ни искали, нет намека на железную руду. Даже медь мы не можем найти.

Андрий пожал плечами — не моя, мол, идея была с кузнецом, я только выполняю твои указания. Саленко пробормотал под нос, что надо расширить зону поисков — уходить от Хала не на дневной переход, а на пару суток ходьбы.Только Этаби не терял энтузиазма — путая слова на смеси хетто-хурритского, вставляя русское «бля», кузнец был полон решимости найти железо.

По его словам, залежи этого ископаемого очень часто встречались в его родных местах. Этаби был родом из города хурритов Вешикоане. Когда Саленко впервые услышал это название, он автоматически поправил хуррита.

— Не Вешикоане, а Вашиканни, так называлась ваша столица, если верить записям ассирийцев.

— Вешикоане, — упрямо повторил кузнец. После недолгих разбирательств, Саленко согласился с хурритом, объяснив нам, что название Вешикоане переводится с хурритского как «дом или двор моего брата».

Меня эти лингвистические нюансы мало волновали, но слова Этаби были интересны.

Вешикоане, как и основная территория хурритов, располагалась частично на Анатолийском нагорье, частично захватывая территорию Сирии, доходя до реки Хабур, что переводилось как «говорящий» или «разговор». Для водной артерии это было странное название, но получено оно рекой было из-за множества мелких порогов, создававших эффект говорящей толпы или разноголосого гомона.

— Нет, Этаби, до твоих земель очень далеко, туда идти много дней и ночей.

Нужен другой вариант — или будем искать поблизости, или придется снова побывать в Кулише и купить руду там.

Остановились на варианте поискать руду в пределах пары дней пути, если не повезет — отправиться за ней в Кулиш.

Мне нравился кузнец — немногословный трудяга, физически невероятно сильный, он словно был создан для этой тяжелой работы. После ухода Саленко и Андрия пригласил его разделить со мной трапезу. Раньше я не увлекался изучением местного языка, но с появлением хуррита необходимость общения с ним заставила изменить взгляды.

Этаби сам плохо знал хеттский, часто вставляя слова из родного — язык Халов я знал еще хуже. Именно это обстоятельство даже давало нам фору — чаще всего мы просто догадывались, что хотел сказать собеседник. Спустя месяц после нашего возвращения из Кулиша общение с кузнецом мне удавалось лучше, чем Ару или Саленко. Я никогда не лез в чужие дела, но сегодня любопытство взяло верх.