Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Мой! Пошло все к дементорам!»

- Северус, чего ты со мной миндальничаешь? Я тебе что, викторианская барышня в первую брачную ночь? Трахни меня!

- Командовать в этой постели ближайшие полчаса буду я, - севшим голосом ответил Северус, пропихивая ему под живот подушку. – Расслабься.

- Об Англии я думать отказываюсь, - предупредил Деймос. – И так много места она что-то занимать стала… ммм… ты уже?

- Нет… не совсем. Тебе больно?

- Нет. Растянуто только. Так и знал, что врали, ни фига не больно.

- Ох, да помолчи ты…

- О, теперь будто резануло вот здесь, - он потрогал туго натянутую кожу ануса.

- Я… смазки добавлю, - хрипло пообещал Северус, надавив ему на поясницу. – Лежи, Мерлина ради.

- Лежу. Не думал, что это так.

- Как?

- Никак.

- Подожди, будет тебе небо в алмазах, дай мышцам привыкнуть… Мордред, тесный какой… Дейми, мой Дейм.

- Твой, малыш, чей же еще? Давай, двигайся, а то я что-то заскучал.

- Вот же… - Северус задохнулся, прикрыв глаза, пережидая острую вспышку удовольствия, - привычка все контролировать.

- Должность обязывает. Ищи уже простату, эгоист чертов. Пока я особого восторга не испытываю. Как и боли, впрочем. Тебе в первый раз было так же?

- Я в первый раз чуть от счастья не умер. Так долго тебя хотел, готов был кончить, просто прижавшись к твоему обнаженному телу. Больно мне было буквально первые несколько секунд. Где же…

- О! Сев!

- Все еще никак? - ехидно уточнил Северус.

- Очень даже «как»! Я прям весь завидую тебе… ммм… еще, Сев…

- Конечно, еще… так, чтобы ты… заткнулся, наконец…

- Кричать можно? О, чео-о-орт!

- И рычать… и… кусаться…

- Нгхх… блядь… Се…

- А ты как… думал?

- Не умею я… еще… Господи! Да сильнее же!

Северус невразумительно что-то промычал, опускаясь сверху, целуя в плечо, вытащил из-под Деймоса злосчастную подушку и обхватил его член.

Это окончательно сорвало Блэка с тормозов. Гибко прогнувшись в спине, он с силой подался навстречу, крепко обхватив спинку кровати и рыча каждый раз, как член Северуса задевал внутри то самое, ради чего мужчины занимаются сексом.

В его движениях было столько откровенного бесстыдства и какой-то животной страсти, что противиться ей было практически невозможно. Он не выглядел ни слабым, ни уязвимым, ни ведомым, а, скорее, искренне наслаждающимся своим возлюбленным.

Движения крепких бедер стали вдруг быстрыми и резкими, а хриплые стоны все больше напоминали рык.