Но если ваша ничем не подтверждается, другая, наоборот, твердо подкреплена…
– Косвенными данными, – сказал Мазур, чувствуя, как язык становится толстым и шершавым. – Сплошь косвенными…
– Возможно, – кивнул Лаврик. – Но вы же не ребенок и много раз сталкивались с ситуациями, когда количество косвенных данных переходит в качество, а? Случалось? Вот видите… Вы, конечно, звучно бия себя в грудь, будете уверять, что вас подставили, на вас отоспались – и тому подобное… Вообще-то вполне приемлемый вариант… не будь кое-каких коварных подробностей.
Безоглядно полагаться на информацию от «соседей» никто у нас не собирается – и никогда не собирался. Независимо от них «эрлангенское дело» проверял «Аквариум». И пришел к тем же выводам. По крайней мере, все так и происходило – существует незадачливый Скуле, работавший на американцев под носом у родной контрразведки, как водится, не посвященной в такие сложности, его в самом деле арестовали сгоряча, и давно известный «Аквариуму» Реджинальд его в самом деле вытаскивал.
А это означает, что они в то время не намеревались прекращать операцию, рассчитывали и дальше качать информацию от нашего таинственного Фрегата. Местным они о Фрегате, разумеется, ничего не сообщали – лишь в самых общих деталях. Но в окружении Реджинальда и в самом деле циркулирует именно такая информация о Фрегате, более того – «аквариумные» докопались, что Фрегат, помимо всего прочего, всерьез подумывал о ликвидации собственной супруги… – Он осклабился.
– Кстати, мой дорогой, – когда безутешный вдовец буквально через пару дней после похорон начинает драть маменьку своей благоверной, пусть даже еще вполне сексапильную, это не в его пользу играет, в особенности если и так собрано о нем масса неприглядного… Согласны кратенько охарактеризовать ситуацию?
– Бред, – сказал Мазур.
– Или – провал. Что-то не сладилось. Произошел какой-то сбой. И нашему Фрегату пришлось импровизировать на ходу, уже в силу обстоятельств не заботясь о минимуме достоверности, – не давала ему жизнь такой возможности… Отсюда все нестыковки, несообразности и фантастика самого дурного пошиба.
Так оно с импровизациями всегда и бывает. Я, конечно, не надеюсь на чудо, но, быть может, выслушаем чистосердечное признание? Простите за пошлую фразу, но ведь и в самом деле может повлиять на вашу участь…
– Бред, – повторил Мазур. – Не в чем мне признаваться.
