Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

— Спасибо! Потом же, как закончишь с делами, придешь ко мне и научишь меня той магии огня? — бросил дракончик, после чего, не дожидаясь ответа, улетел с книжным мешком наверх в свою комнату.

Люстру было не починить, поэтому я развеяла ее магией уничтожения. А вот с окнами и лестницей пришлось повозиться: частично нужно было восстанавливать рукам. Радовало лишь то, что у Хэя отличные навыки. Ну, и то, что Элис и Рэцу умудрились занять детей на то время, пока мы с Хэем чинили холл, стало отличным подспорьем. Заняла починка приличное количество времени, так что мне даже пришлось отложить кое-какие планы.

Хэй, как он успел мне сказать во время ремонта, останется еще на неделю, так что мне будет на кого оставить детишек.

Когда мы уже почти закончили с лестницей, я кое-что поняла. Хэй казался странным: подавленным и недовольным, словно… словно… Да не знала я. Он так никогда не выглядел. Что успело произойти, пока я тут спала? Он же не дракон, чтобы из-за испорченных книг грустить. Мои вежливые попытки расспросить ни к чему не привели.

Поэтому, как только мы со всем закончили, я планировала расспросить, что же случилось.

Выбор пал на дракончика, который был один и ничем не занимался. Поднявшись на второй этаж и постучав в нужную дверь, я вошла в комнату дракончика. А она преобразилась: практически все свободное пространство, кроме кровати, заполнили книги.

— О, мой главный человек! Что ты хотела? — дракончик моему появлению обрадовался.

— Может, знаешь, чего Хэй такой грустный? Давно он так? — не стала я ходить вокруг да около, присаживаясь на кровать.

— М-м-м, не знаю, — ответил дракончик, откладывая книгу и смотря на меня. — А грустный он с самого утра.

— Точно не знаешь?"

"— Не знаю, но у меня есть идея! — гордо сказал дракончик. — Рассказать?

— Расскажи, — покорно согласилась я.

— Смотри! Всем было больно в последнее время, да? Тигр обнимал противную Сивиль, Арч обнимал тигра. Ты обнимала нас всех, а Хэй обнимал тебя. Но Хэя-то никто! Может, он грустит, потому что никто его не обнял и снял боль в душе?

Так, это была точно не та идея, определенно не та! Но не могла же я об этом сказать ребенку?

— М-м-м, — задумчиво протянула я, а потом еще раз спросила: — Ты точно не замечал еще чего-то странного?

— А! — воскликнул дракончик.

— Точно! Хэй был очень странным, когда выходил из твоей спальни. Он почему-то бубнел себе под нос цифру двести двадцать пять. Много-много раз, я запомнил!

— И к чему он эти цифры назвал? — спросил я у дракончика.