Хлеб с ветчиной читать онлайн

— Ну, и что? — спросил я.

— Блядь, ты чего, не видишь ее? — удивился Марти.

— Кого?

— Пизду.

— Пизду? Где?

— Да вон же она! Смотри сюда, — и он показал мне.

Там наверху сидела женщина, подол ее юбки задрался, трусов на ней не было и через щель между досками можно было видеть ее влагалище.

— Теперь видишь?

— Ага, я вижу, — опередил меня Фрэнк, — волосатая.

— Все правильно, — улыбнулся Марти, — а теперь, ребята, мотайте отсюда и держите языки за зубами.

— Ну, можно нам еще посмотреть, — заканючил Фрэнк.

— Ладно, но только недолго.

Мы стояли, задрав головы, и смотрели на волосатое чудо.

— Я вижу ее, — сказал я.

— Да, настоящая пизда, — отозвался Фрэнк.

— Точно, самая настоящая, — вторил я.

— Ага, — подтвердил парень, который позволил нам подойти, — самая что ни есть подлинная.

— Я ее на всю жизнь запомню, — заявил я.

— Ну, все, ребята, хватит, вам пора уходить, — обломал Марти.

— Зачем? — не отступал Фрэнк. — Почему мы не можем смотреть с вами?

— Потому что, — ответил парень, — я кое-что хочу сделать.

— Интересно, что он собирается сделать? — спросил я.

— Не знаю, — ответил Фрэнк, — может, хочет запустить в нее камнем.

Мы вылезли из-под трибуны и осмотрелись — нет ли поблизости Дэниела. Его нигде не было.

— Наверное, он ушел, — предположил я.

— Да, такой мудак, как он, не может любить аэропланы, — заверил Фрэнк.

Мы забрались на трибуну и стали ожидать начала представления.

— Интересно, которая из них? — спросил я Фрэнка.

— Бесполезно, — отмахнулся Фрэнк, — отсюда ты ее никогда не узнаешь."

"И вот шоу началось. Летчик на «фоккере» исполнял фигуры высшего пилотажа. Это было здорово. Он делал мертвую петлю, крутил бочку, опрокидывался в отвесное пике, проносился над самой землей, выполнял переворот Иммельмана. Но самый эффектный его трюк заключался в следующем: две красные косынки закрепляли на шестах, примерно в шести футах от земли.

Потом аэропланы делали на небе надписи — это казалось скучным. Гонки на воздушных шарах вообще были глупыми. Но вот, наконец, они показали что-то стоящее — гонки на низкой высоте по периметру, который определяли четыре столба.