Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мне нужно ненадолго отлучиться с корабля.

— Что? — лицо женщины смертельно побледнело. — Лерой, шаттл не тестируют! Мы уже взлетели! — прошептала она дрожащим голосом.

Я еле успела ухватиться за спинку кровати, в глазах потемнело, а в ушах послышался противный писк.

Во второй раз я открыла глаза, обнаружив себя лежащей на полу между кроватью Вероники и креслом. Надо мной слышался плач женщины. Она что-то бормотала и терзала звонок вызова медперсонала.

— Нет смысла, там никого нет, — прохрипела я, осторожно соскребая себя с пола.

— Лерой! Что произошло? Почему ты потеряла сознание?

— От радости, наверное, — усмехнулась я. — Корми дочку и ни о чем не беспокойся! Тебе нельзя. Я в порядке. Корми и укачивай Молли, я скоро поесть тебе принесу. — Придерживаясь рукой за стену, я вышла из медчасти."

"Голова кружилась, и противно подташнивало. Неужели уже начался токсикоз? Уже? Или это от голода? Пошатываясь, я направилась в сторону кают-компании, мысленно прося, чтобы там никого не было.

Мне нужно было побыть одной и всё обдумать. Где-то, на самом краю сознания, моя душа билась в истерике и рыдала от обиды и разочарования, что я снова ошиблась в мужчине, что он даже не попрощался со мной, прежде чем улететь. Ставр сбежал, как последний трус, даже не поговорив со мной!

Мысленно себя накрутив, почувствовала мимолётную злость, но она внезапно пропала. Всё ясно, мой организм чувствует, что я на грани, и попросту блокирует отрицательные эмоции. Ведь мне они сейчас противопоказаны.

На мое счастье, в кают-компании и правда никого не оказалось. Я на автомате набрала на экране синтезатора еды заказ и также на автомате поела, даже не почувствовав вкуса. Скинув посуду в отсек утилизации, потянулась к меню, чтобы заказать еды для Вероники. Но в то же время я хотела как можно скорее увидеть отца и осторожно расспросить его, как же так получилось, что стражи улетели, даже не попрощавшись с нами. Уверена, что он сможет прояснить ситуацию. Взгляд снова остановился на синтезаторе пищи.

Разговор может и затянуться, а мамочка там голодная, меня ждет.

Решение этой дилеммы, в лице мужа Виктории, само пришло в кают-компанию.

— Доброе утро, Лерой! Я хотел извиниться перед вами!

— За что же это? — любопытство позволило мне ненадолго забыть о своих бедах.

— Я так вчера волновался, когда Викуся рожала, что перебрал с успокоительными и уснул! Мне жена сказала, чтобы всю ночь просидели около нее и дочки.