Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Вы думаете, что я могу отравить свою племянницу?!

— Два дня назад вы кричали, что она — предательница и позор рода.

Эрика задохнулась от полосонувшей по сердцу боли. Намия старше всего на двенадцать лет, она ей больше, чем подруга…

— Я кричала в состоянии аффекта, — поторопилась возразить тетя, — это отец Эрики — предатель, раз пошел против нашего короля, да даруют ему боги долгих лет жизни!

— Да благословенны будут его дни! — отозвался традиционной фразой некромант. — Хорошо, можете оставить еду и уходить.

Намия опустила поднос на письменный стол.

— А кто поможет Эрике принять ванну и одеться? Вы? — вкрадчиво поинтересовалась она. — По приказу короля, вы всего лишь жених, еще не супруг.

Динаэрий вынужденно кивнул, а вскоре и вовсе вышел из комнаты, оставив их вдвоем.

— Хочу в ванную, — прошептала Эрика, не поднимая глаз.

— Хорошо, я помогу.

На этом их общение и закончилось. Намия подобрала ей одежду, помогла дойти до унитаза — все это молча, предупредительно. Без привычной душевности.

Намия осуждала ее, но заботилась.

Эрика смирилась с тихим презрением — она его заслужила, если быть честной.

— Ты знала, что такое ираниль? — спросила Намия почти беззвучно, когда помогала племяннице преодолеть бортик ванны и опуститься в теплую воду.

— Нет, — так же тихо ответила девушка.

— Я так и думала… Ираниль — растение, выращенное в Орбирии с помощью магии иномирных демонов. Она создает помехи для защитных чар, но для этого цветку нужно оказаться внутри дома.

— Я не знала, — заплакала Эрика, — я думала, это всего лишь необычный цветочек…

Намия только вздохнула.

Потянулись часы тягостного ожидания. Ожидания казни аристократов, посягнувших на незыблемые устои королевства: земли Литан-Эрона неделимы. Кто считает иначе — государственный враг и подлежит уничтожению."

"Намия призналась, что участь отца Эрики еще точно неизвестна. Сам наследный принц, спешно прибывший в Тафр, будет решать: графа Марича ждут долгие годы каторги или казнь.

Традиционно вердикт вынесут, когда солнце начнет клонится к закату, на городской площади.

Динаэрия все не было. Из спальни Эрику не выпускали. Два бандитоподобных охранника с подозрением смотрели на Намию и еду, которую она принесла в обед, и на чай, когда настало время полдника.

Есть не хотелось, но под взглядом строгой тетки приходилось жевать через силу.

Солнце опускалось все ниже.

Эрика знала, что на площади, вокруг круглого помоста, уже зажглись огни, собралась толпа любопытных.