Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

При хорошем и правильном отношении, мол, они будут гораздо веселей разбирать грёбаные завалы…

Ник только плечами пожимал: кто знает, о чём они там говорят, всякое может быть. Хотя, определённая логика в Гешкиных рассуждениях присутствовала.

Кормили два раза в день, утром и вечером. Меню было непритязательным и однообразным: две квадратных соевых галетины и миска жидкой пшённой каши, в которую добавлялось несколько столовых ложек кукурузной муки. Ни чаю тебе, ни кофе, одна родниковая вода.

– Ничего, господа, с продовольствием всё обязательно наладится, – старательно утешал Браун.

– Скоро нам много чего доставят по воздуху.

Действительно, за время пути в небе ещё несколько раз кружил небольшой светло-коричневый самолётик. Покружил и сбросил – на больших парашютах – полтора десятка громоздких деревянных ящиков и с пяток железных контейнеров.

Ника радовало, что больше не десантировали новых бойцов, но, с другой стороны, всё ещё впереди. Они спустятся под землю, а в этот момент и высадятся основные силы противника…

– Вообще-то, не так всё и плохо, командир, – философствовал на привале Банкин, усердно прихлёбывая из мятой алюминиевой миски (ложек, естественно, не было), пшенично-кукурузную похлёбку.

– Лёха, Айна и Зорго – те ещё ребятишки, совсем даже непростые, обязательно выберутся на волю. Да и Джедди с Маркизой живы. Так что, есть откуда ждать прихода действенной помощи. Прорвёмся…

Ник и сам был настроен достаточно оптимистично. Всего двое охранников? В полутёмной пещере? А завалы разгребать со связанными руками и ногами – куда как неудобно.

Да они с Банкиным – теоретически – и пяток конвоиров в такой ситуации, даже со связанными руками-ногами, уберут на раз.

В том-то всё и дело, что теоретически.

Предчувствия говорили, как раз, о строго-обратном: то есть, о том, что засада – коварная и продуманная – намечается в скором времени. Причём, неотвратимо и непреложно…

Вот, она – таинственная и загадочная пещера: ширина и высота – метра по три, верхний свод чуть-чуть выгнут, ничего особенного, не то ещё видали.

Около входа в пещеру «пятнистые» разбили свой нехитрый лагерь: четыре буро-зелёных брезентовых палатки; два стеллажа, крытых ребристыми листами, со сложенными там различными грузами; навес с расположенными под ним двумя раскладными столиками и десятком таких же стульев.

– Проходите сюда, дорогой сеньор Буэнвентура, присаживайтесь, – любезно предложил профессор.