Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

– Я сейчас тебе этот текст переведу, а ты мне дашь честное слово, что проводишь этих сеньоров и прекрасную донну Анну к Индейскому Нагорью. Естественно, через Сизые болота. Договорились?

– Даю слово! – громко ответил Джедди, с вызовом поочерёдно оглядев всех присутствующих, после чего снял со своей короткой шеи тяжёлый медальон и бережно вручил его дону Аугусто.

Старик с минуту смотрел на вычурные значки, на цветок розы, выгравированный с другой стороны медальона, затем откашлялся, хитро прищурил левый глаз и торжественно произнес:

– Черный снег.

Хрустальные слезы.Хрустальные слезы на черном снегу.Но это еще не конец, нет.Мир еще осязаем. И слышна еще печальная свирель.Но вот хрустальные капли мутнеют,Трескаются и превращаются в серую пыль.Светлая музыка стихает.Остается только черный снег.И звенящая тишина…Некоторое время все молчали, затем Джедди нерешительно спросил:

– И что всё это значит?

– А это, мой мальчик, ничего не значит. Просто старинная хоббитанская молитва, её во время похорон хоббиты произносили, перед тем, как бросить на гроб первый ком земли, – прозвучал совершенно неожиданный ответ.

– Хоббитанская?

– Да, дружок, хоббитанская.

– А жёлтая роза, она для чего? – не унимался мальчишка.

– Жёлтая роза – главный символ Атлантиды. Там, – дон Аугусто мечтательно прикрыл глаза и отвернулся к окну, – все жёлтые розы выращивали, прямо как у нас сегодня, в Сан-Анхелино…. Кстати, медальон твой называется – «Огнин». Он в Средиземье большую власть имел, даже Драконы за обладанье им Душу были готовы продать…

Джедди удовлетворённо кивнул, молча, поклонился и медленно пошёл к выходу, кошка Маркиза бесшумно соскочила с каминной полки и неторопливо прошествовала вслед за хозяином, мимоходом бросив на Кукуся косой презрительный взгляд.

Все остальные только непонимающе переглянулись, мол, какая ещё Атлантида, какое Средиземье, какие такие Драконы, к такой-то матери? Это что – шутка, розыгрыш, старческий бред? Что это?

Ник тоже попытался изобразить на лице полное непонимание, как будто бы он никогда в отрочестве не зачитывался книгами всеми уважаемого Дж.

Р. Р. Толкиена.

Попытались у старика прояснить ситуацию, да только дон Аугусто тут же ушёл от вопросов, дрожащим голосом сообщил, что очень устал, пожелал всем удачи и вежливо попросил верного Томаса проводить дорогих гостей.

Нику, впрочем, при прощании – лукаво подмигнул…

Утром в «La Golondrina blanka» пожаловал Джедди с Маркизой на плече.