Я знаю, что ему раз предлагали восемьсот фунтов за то, чтобы он дал побороть себя, тогда как, оставшись победителем, он мог получить только двести фунтов, не говоря уже о возможности не получить ничего, если он останется побежденным. Я вижу, сударыня, что вы знаете людей, а потому можете представить, как мало найдется среди них таких, которые устояли бы против подобного искушения. Есть люди, занимающие высокое положение в своей профессии, — настолько высокое, что скорее можно заподозрить короля в измене своей стране, чем их в обмане, — которые поступают втихомолку не так, как следует, если находят это для себя выгодным.
Мой Нед, как всем известно, далеко не нечестный борец, но и он однажды дал себя побить маленькому Килларнею Примрозу, а потом, на другой день, пошел и купил себе лошадь и повозку, — это очень неприятное для меня воспоминание. Я говорю вам это, мисс, про своего собственного мужа. Про Кэшеля я могу сказать, что он ни разу не был побежден, хотя уже сколько раз для него было выгоднее проиграть, чем выиграть.
Это предлагали ему люди, держащие пари. И нужно еще сказать, что я никогда не слышала от него ни одного грубого слова и ни разу не видела его пьяным, за исключением разве случая, в день рождения Неда. Да и тогда он не говорил ничего дурного, все только шутил. А ведь в подобном состоянии обнаруживается истинная натура людей. О, подумайте, мисс, как вы могли бы быть счастливы, если бы только сумели взглянуть на это, как следует. Ведь он — чемпион, честный, трезвый, невинный, как младенец, прирожденный джентльмен, достойный стать рядом с вами, и вдобавок влюбленный в вас до безумия! Он считает вас ангелом, посланным с небес, и я уверена, мисс, что у вас действительно сердце ангела.
Смею вас уверить, что моя Фэн чувствует себя совершенно уничтоженной, так как думает, что Кэшель сравнивает ее с вами, а это сравнение не в ее пользу. Я не думаю, мисс, чтобы вы были настолько жестоки, чтобы отказать ему.
Лидия откинулась назад в своем кресле и смотрела на нее с выражением любопытства, которое скоро сменилось веселой улыбкой.
Миссис Скин из вежливости также слегка улыбнулась, но своим серьезным видом давала понять, что в словах ее нет ничего смешного.
— Мне нужно время, чтобы обсудить все, что вы так красноречиво рассказали мне, — произнесла Лидия. — Я не шучу, миссис Скин, вы произвели на меня большое впечатление. Ну, а теперь поговорим о чем-нибудь другом. Ваша дочь, надеюсь, совершенно здорова?
— Благодарю вас, сударыня, она здорова.
