Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Мысленно, я стираю все и всех вокруг и оказываюсь на этом диване одна в объятиях с дочерью. Нет, лгу самой себе — стёрла бы, но не всех. Оставила бы ещё одного человека.

Вечер проходит шумно и весело. Ариана все своё время уделяет маленькому Лео, и Крис с радостью играет с обоими. Я же решаю немного отойти от материнства, пока рядом такая энергичная помощница, как Крис. Успеваю поговорить со всеми и узнать, как изменились их жизни. В основном, у всех все осталось прежним — работа/тусовки/работа. И в этот момент, смотря на дочь, я понимала, как же повезло, что мне удалось сойти с пути и стать чем-то большим, чем воровкой и сумасбродной девицей.

Мне удалось стать целым миром для одного важного человека, в чьих глазах я — это всё. И это взаимно.

Ближе к ночи, я замечаю, как уставшая Ари тянется на руки к Роланду. Поддаюсь вперёд, чтобы остановить её, ведь Ханукаев равнодушен к детям, и этот холод может ранить малышку. Но на мое удивление, мужчина сажает её к себе на колени и терпеливо слушает все, что она рассказывает ему на ухо, изредка улыбаясь её словам.

Решив запечатлеть чудесное мгновение навсегда, незаметно достаю телефон и делаю снимок этой трогательной картины. Разглядев фотографию и улыбнувшись ей, встаю с места и выхожу за ворота дома, взяв со стола пачку сигарет Демида.

— Что-то расстраивает тебя? — слышу голос друга позади себя, когда делаю первую затяжку.

— Нисколько. Увидела их и не сдержалась, — указав на пачку сигарет, улыбаюсь, недовольная собственной слабостью.

— Только что звонил Араз. Сказал, завтра с утра ваши паспорта будут готовы.

— Уже? — неосознанно вырывается из уст.

Нежелание улетать прорастает во мне с корнями.

— Хочешь остаться? — как всегда проникает в душу.

— Наоборот, это хорошая новость. Думала, придётся ждать дольше.

— Бежишь от нас, как от огня, — констатирует оскорблено. — Хотя мы всегда были с тобой и за тебя, чтобы не случилось.

— Не от вас, Демид.

— Я знаю от кого. Но это бег по кругу — всегда возвращаешься к исходной точке.

Я хочу ему возразить, но он не даёт себя перебить:

— Тебе кажется, что, убегая и прячась от своих чувств, ты становишься свободной. Думаешь, что так развяжешь узлы на шее. Но ты только сильнее затягиваешь их.

Грустно улыбнувшись, отрываю взгляд от напротив стоящего дома и перевожу его на Демида. Я и забыла, насколько глубоко он умеет пробираться в сердце. И как и прежде уверена, что могу быть искренней с ним.