Кануны читать онлайн

— Какая такая бедная линия?

— Совецка власть у нас одна!

— Верно!

Степан Иванович Лузин торопливо пробирался вперед. Он был спокоен, только желваки еле заметно шевелились на скулах под выбритой до синевы кожей. Люди стихли и расступились, давая ему дорогу.

Он не спеша прошел к Сопронову, пошептал ему что-то на ухо и вдруг побледнел, что-то резко ответил ему.

Секретарь ячейки не остался в долгу. Он тоже побледнел, сказал что-то и сунул председателю ВИКа бумажку, видимо, телеграмму.

Лузин сел рядом с Сопроновым, читая бумагу.

— Товарищи, продолжаем собрание. Прошу соблюдать порядок. Вопрос о создании групп бедноты ни в коей мере не отменяется, об этом уже сообщил Игнатий Павлович. Существует временная инструкция Вологодского губкома по созданию групп бедноты…

— Временная! — Африкан Дрынов встал и потряс в воздухе своей буденовкой. — Вот вся-то и беда, что опять временная!

— Говори, Дрынов.

— Что ж, давайте высказывайтесь! — Лузин сел.

Сопронов недовольно сузил глаза, когда Африкан Дрынов заговорил:

— У нас, Степан Иванович, пошто это все временно-то? Инструкция временная, начальство временное. Сто семая статья за хлебозаготовки тоже, говорят, временно.

— Дак ведь и жизнь-то у нас, Африкан Иванович, временная, — вставил Савватей Климов.

— Вот потому-то, Савватей Иванович, и надо, чтобы понадежнее.

— Вся надежда, мужики, на Кешу Фотиева…"

"— Этот установит!

— Верное дело.

— На паях с Гривенником…

— И с Митькой Усовым!

— А чево Митька? Чево Митька? — Усов вскочил с места как ужаленный.

— Тише, граждане! Пусть Дрынов скажет.

— Я, мужики, вот что, — продолжил Африкан Дрынов. — Ежели правду сказать, за общую справедливость. Я и сам не в опушенном дому живу! Нэп отменят, так это дело и по бедноте тоже стукнет. Второе дело, беднота бедноте — рознь! Вон приказ поступил: кредиты выдавать одной бедноте. А иной бедноте кредит — как мертвому припарка.

— Истинно!

— …вон дали кредит Фотиеву, не обижайся, Асикрет Лиодорович, скажу правду. Ведь не завел ни плуга, ни лошади, а денежки, наверно, прожил!

— Давно.

— Пикнули!

— Тебе-то что? — возмутился Кеша. — Своя рука — владыка!

— Знает, что бедняку все спишут!

Лузин встал и остановил перепалку.

— Товарищ Дрынов, кредиты давать будем. Всем трудовым крестьянам!

— А как насчет трех списков-то? Было шесть, останется три.