Кайа. История про одолженную жизнь. Том 3 читать онлайн

— Они не говорят по-русски? — тихо спросил я, глядя в пол, Марию, когда мы двинулись дальше

— Нет, что вы, барышня! — весело ответила мне та, — Они из деревни! Откуда бы им знать языки? По-нашему говорить и писать-читать умеют — уже хорошо!"

"Может они и из деревни, конечно, но, чтобы работать в таком доме, как этот, они явно должны были быть «профессорами от уборки», ибо уход за люксовым гардеробом хозяев дома и прочее, требует немалого опыта и знаний.

Очевидно, что родители сменили весь домашний персонал, причем на «не наших».

И значит, на то были какие-то веские причины.

Едва я вошел в столовую, как Мария сказала матушке:

— Я ее привела, мадам.

— Спасибо, — ответила та, разглядывая меня и подала какой-то знак, после чего, вся обслуга, бывшая здесь, покинула столовую, затворив за собой двери.

Завтрак был уже подан, но три женщины, сидевшие за столом, к нему не притронулись, ожидая, по всей видимости, моего появления.

— Доброе утро, — тихо поприветствовал я двух женщин (третью, Леру, сегодня я уже видел).

Голос и выражение моего лица были такими, каковые должны были быть у девочки-подростка, совершившей накануне тройное убийство (как это себе представляю я, по крайней мере), причем не абы кого, а своих родственников. То есть, как на похоронах. На своих. Я находился «в без пяти минут» истерике. То есть, голос мой дрожал, а глазки смотрели в пол (да-да, я хочу спрятаться под одеяло и больше никогда-никогда не вылезать оттуда). Слез не было, но любому было очевидно, что они вот-вот прольются.

Играть, я должен играть. Но не переигрывая.

— Лера…, — на моих глазах наконец выступили слезы, — …извини меня, пожалуйста, за мое хамство! Ты обо мне так заботишься, а я столь грубо тебе ответила…

Я подошел к столу, но не сел.

Я поступил не подумав, когда начал воспитывать Леру, ибо был с ней всегда нарочито вежлив и корректен. Да и вообще, между нами установились вполне хорошие отношения. И то, что я указал ей на ее место, может означать ровно одно — я помню, что они с «матушкой» провернули этой ночью.

И не просто помню, а понял, что именно тогда произошло! А четырнадцатилетка, раз уж я в полной мере решил отыгрывать роль подростка, не должна была понять смысл произошедшего, даже если предположить, что она не забыла тот ночной кошмар. Это, во-первых. А во-вторых, будет очень хорошо, если я смогу убедить этих двоих (если меня допрашивали вдвоем) в том, что не помню самого факта допроса (вернее, его попытки).