Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

А всё потому, что дракон Нордаю не покорился! А дракон под седлом — первый признак настоящего правителя!

А что если это император велел Шудуру вызвать сына сестры? Что за каменный круг он выстроил здесь? Не пытался ли он разозлить Нишая, чтобы тот потерял осмотрительность и шагнул в магическую ловушку?

Но зачем тогда эта «приречная долина»? Какой обман там скрывается?

Нишай нахмурился и велел рабам остановиться.

Встали и все, кто сопровождал его — две дюжины воинов, носильщики и рабы для развлечений.

Все они были усталыми и измученными.

Только обоз грузовых птиц-верблюдов где-то отстал. Верно, погонщики свернули с дороги, чтобы напоить бедных животных. Птицы — не люди, их нельзя гнать день и ночь по своей прихоти.

Нишай с удовольствием выбрался из паланкина на твёрдую землю. Огляделся, лаская глазами лесистые старые горы на горизонте.

Завоёванная земля была обширной и неосвоенной. И таила большие открытия.

Дорога тем временем продолжала жить своей жизнью. К городу сворачивали малые караваны, воины вели на рынок связанных женщин, шли дикари, нагруженные корзинами с немудрёными товарами.

Нишай велел остановить одного из дикарей — помоложе и потолковее. Расспрашивать он умел, это было частью его магического обучения. Мастер чёрного слова должен был владеть и «белыми» словами — говорить с людьми, понимать их помыслы по движениям глаз и улыбке.

Рабы опустили паланкин на обочину дороги, подвели к Нишаю босого юношу с тяжёлой корзиной за спиной.

Несмотря на бедность в одежде, лицо у дикаря было открытое, улыбка приятная и впечатление невежды он не производил.

Поздоровался вежливо, не глазея на шёлк и украшения богатого вайгальца.

Удивили парня только татуировки на лице Нишая. Верно, в этой земле не знали подобных знаков власти.

— Какого ты рода? — спросил Нишай, в свою очередь разглядывая парня так пристально, словно пытался примерить на себя его лицо.

— Я охотник, — ответил парень без поклона.

— Мой род суна, волк.

— Ты должен называть меня господин, — с улыбкой подсказал Нишай. — И кланяться.

Дикарь показался ему забавным.

— Что значит — кланяться? — спросил парень.

Нишай рассмеялся. Одно дело — слушать про дикарские нравы, другое — смотреть на ровесника, смело таращащего глаза на колдуна!

И ведь не боится! Ну, прямо глупая горлинка, которую подманивают зерном!