Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Лицо Изольды краснеет в цвет переспелого помидора.

— Глупая выскочка! — Она подхватывает подол и злобно шипит. — Недолго тебе смеяться осталось.

Пулей проскочив мимо охранников, Изольда громко хлопает дверью. Тяжело вздохнув, Вильгетта в перепачканном платье уходит за ней.

— Ты-ты… — Ника захлёбывается смехом. — Даже просто в столовую сходить…

Успокоиться не получается, хотя от хохота мышцы живота сводит.

* * *Ночью, когда тьма завладевает комнатой, и постель окутывает меня уютной мягкостью, слова Изольды вновь звучат в памяти.

Слишком дерзкое у неё поведение, слишком самоуверенное.

Она была во дворце.

Но тревожнее то, что сказала об Изольде Ника: «Эта девица так зазнаётся, потому что она из Фламиров, как и ректор Дегон. Надеется, он её прикроет. Только что-то родство с ректором не помогло ей выбить один из отдельных домов на территории академии, так что зазнаётся она напрасно».

Ректор Дегон, наложивший на мой дар печать, — Фламир.

Изольда, что-то делавшая во дворце, — Фламир.

Императрица Заранея — тоже Фламир.

Элоранарр уверял, что благородную девушку готовят стать избранной Арендара.

Готовит Линарэн.

Для которого Заранея как родная мама.

И Халэнн… пусть дальняя, но родственница императрицы Заранеи.

Они все друг с другом связаны кровью, а я… я здесь чужая.

Могла ли Заранея так любезно принимать меня, быть такой внимательной, и при этом готовить свою родственницу стать избранной Арендара?

Могла ли?

Воспоминание о Заранее наполняет душу светом и теплом, пьянит: её мягкий взгляд, чарующий голос и смех, так похожий на звон колокольчиков… Она такая чистая, такая сияющая.

Как я могла подумать о ней плохо? Какая я злая, если в чём-то подозреваю такую открытую всё понимающую женщину. Она так прекрасна, она просто не может, не способна на обман… она рада, она действительно мне рада и примет меня с распростёртыми объятиями, потому что она… самая прекрасная императрица в мире, добрее её просто быть не может, кощунственно в чём-то её подозревать, я не должна думать о Заранее плохо — это запрещено…

* * *Утром просыпаюсь с тяжёлой головой.

Кажется, что-то снилось, но что… убейте — не помню, мысль то и дело ускользает, не помню даже, как до постели добралась. Наверное, устала очень. Пушинка лежит рядом, с трудом приоткрывает глаз и снова зажмуривается.

— Соня, — сползая с кровати, ворчу я. — Везёт тебе, никуда идти не надо, можешь валяться здесь.

Она и впрямь остаётся досыпать в алькове. А я, зябко ёжась, отправляюсь на тренировку.