Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кость, давай дадим им шанс, — погладила по плечу мамочка, всё же напряженного отца.

— Я, Макар, и сам не мальчик. И я знаю, что сказок не бывает. Любовь — это хорошо. Но слишком уж гладко ты стелешь…

— Хватит! — не выдержала, поднимаясь на ноги, — Он Мурат! Зачем ты так папа?

— Геля, сядь, — от холодного тона, рефлекторно плюхнулась на стул. Только это был не папин голос, а Мурата. От стужи мурашки по коже пошли. — Я сам в состоянии постоять за себя. Если я вам не приятен, Константин Степанович, я покину ваш дом.

— Приятен, — вмешалась мама, — Кость, иди покури. Всё, выдохнули. Мурат, ты компот пьешь? — засуетилась она обхаживая гостя.

— Да, — кивнул мужчина.

Папа же поднялся и покинул комнату, а после громко хлопнул входной дверью.

Потом, спустя годы, я буду корить себя за этот вечер, за то, что не послушала отца и поверила Мурату. А ведь он уже тогда видел его насквозь, чувствовал, что с ним что-то не так. Буду эгоистично обвинять маму, что приняла его, одобрила и благословила наш союз. Благосклонно принимала дорогие подарки, будто продавая меня за них.

А по ночам, мне будет часто мерещиться тот самый хлопок двери, когда в очередной раз я окажусь на дне моей личной пропасти. Да и мамин компот, столь полюбившийся Мурату, мне тоже опротивет.

Глава 6

В отличии от меня, мама оказалась более опытным дознавателем. Она подошла к делу основательно, выспросив у Мурата всё её интересующее. Например, что мужчина ни разу не был официально женат, жил за городом в собственном доме. Имел две квартиры в черте города, которые пустовали.

Так же в собственности у него имелся небольшой участок где-то в заповедной зоне, куда он любил ездить отдыхать от городской суеты. Родители Мурата, как и братья с сестрой жили не в нашем городе. В общем, родительница осталась довольна…

***

Время нещадно летело, сменяя дни неделями. Наконец-то с отдыха вернулась моя Катерина. Загорелая и свежая подруга с упоением рассказывала про свои приключения на море. Я с удовольствием слушала ее, но почему-то не спешила делиться с ней подробностями своей личной жизни.

Впервые на моей памяти внутри образовался какой-то барьер. Хотелось спрятать своё упоительное счастье, сберечь от посторонних глаз. Будто его могли сглазить.

На самом деле, я подсознательно знала, что Катя не одобрит мой выбор, будет указывать на недостатки в моих отношениях… А ведь так сладко тонуть в своем неведении и наслаждаться образом, нарисованным твоим влюбленным воображением. Поэтому смолчала.