Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Ты тут один, что ли?

– Я просто гипер общительный, а ты непроходимый интроверт. Мне же надо пар выпускать периодически.

Оля и Лена. Одна переводчица – французский и английский, вторая бухгалтер. С мая в Греции. Ходили вместе с Виноградовым в музыкальную школу. Он же у меня пианист, как никак. Обе блондинки – в соку и в поиске. Особо лезть к Виноградову всё-таки постеснялись, а вот если бы меня не было, даже не знаю. Но если кому надо – не уследишь, штука в том, что до этого не надо доводить.

Сколько раз я себя умоляла не портить себе жизнь и отпустить ситуацию.

Живу на стрёме. Наверное, характер такой. Или Виноградов, тварь, сам их притягивает. Он ещё и артистичный такой, как корпоратив, так под Киркорова косит. Костюмчики разные неординарные. Не Виноградов, а сплошная загадка и вызов. Пианист. Артистичная натура. Бабы все до одной косятся, а мужики его называют чересчур «нарядным». Крыть-то нечем. Виноградову пофиг, главное, чтобы бизнес летел на всех парусах, и я, типа, его любила ещё яростнее, как он говорит.

И всегда шуточки в мой адрес слышу насчёт моего повышенного внимания в вопросном направлении, что я сама под подозрением.

ГЛАВА 5. Шок

Сижу с одной приятельницей из маркетинга, Дашей, в столовке, едим по салату с тунцом, трепимся о новогодних продажах. Не сплетни, а обычная внутренняя трепотня. Даша знает, как только начинаются сплетни, я не участвую. Разворачиваюсь сразу.

Иду в кабинет, дочищаю хвосты по поставкам, кое-какую аналитику читаю по тенденциям, особенно по конкурентам.

Но в стране таких, как мы, пока нет, я читаю больше мировую.

«Приехали клиенты. Уже заканчивают обзор, веду к тебе – 3 минуты, Га-Га-Га!» – прислал Мыся сообщение.

«Давай уже!»

Символический стук, и дверь открывается.

ШОК

После того, как я ушла от Никиты, мы больше с ним не пересекались. Он делал попытки сойтись, звонил несколько раз, но я ему отказала. Сева был вне конкуренции. А последний раз просто откровенно его послала, чтобы больше мне никогда не звонил. И он не звонил. Но рявкнул в своей гнусной манере, что я об этом пожалею.

"Никита стоит у двери в кабинет. Моё сердечко сразу грохнулось в пятки. Чего я так испугалась, я не понимаю. Я чувствую, что с этой минуты начнутся проблемы. Он их принёс, он не может без них. Изменился. Очень повзрослел, и так на шесть лет старше, стал таким маститым солидным мужиком чуть ли не в крокодиловых битинках.

Рядом девушка, отдалённо похожая на меня, как мне кажется, только пониже ростом и волосы подлиннее.