Изгнание в рай читать онлайн

Из окна видны зеленые поля, а вовсе не море. И обои в гостиной совсем не те, что они все вместе выбирали. Почему они не в своем доме? Путешествуют? Или у кого-то в гостях?

Еще странность в картинке.

Кнопка с Леночкой, пусть улыбаются, но очень бледненькие, почти бесплотные. И ежатся зябко, хотя в комнате тепло, пылает камин.

Девочка тяжело вздыхает:

– Мам, мне все время холодно!

Кнопка пытается подбодрить дочь:

– Зато здесь червей нет. Разве мало?

– Червей? Каких червей? – вскидывается Томский.

Но ответа услышать не успевает.

Кресло теперь пусто.

Зато на пороге совсем другая фигура. Крепкая, земная. Ядреная, с румянцем во всю щеку. Эта уж явно проживет на земле еще долгие годы.

Настя. Хотя он давно запретил ей сюда входить.

– Что тебе надо?! – в ярости бросается на нее Михаил.

В последнее время помощница вела себя почти идеально. Все ее глупости: инициативы, советы, комментарии, идеи – он подавил на корню.

Но почему она посмела выйти из повиновения – опять?

Томский за последние месяцы привык: в Настиных глазах – постоянный страх. Они и сейчас испуганные, прямо дрожат.

Но голос – решительный, твердый.

А в руках… в руках пистолет. Да что себе красотка позволяет?!

Пошел на нее решительно – не испугалась. Вскинула оружие, наставила на него. Дрожащим голосом произнесла:

– Он заряжен. Я выстрелю! Еще шаг – и стреляю.

Он шагнул без раздумий.

По ее щеке скатилась слезинка. Шепотом попросила:

– Пожалуйста, послушай меня. Два слова.

Томский отвернулся от нее. Ожесточенно пнул кресло. Пустое. Теперь – пустое. Из-за нее.

Настя сочувственно прошелестела:

– Я понимаю. Там были… Леночка и Кнопка?

– Да! Да, черт побери! А ты пришла и спугнула их.

– Миша, – горько усмехнулась Настя. – В прошлый раз, когда ты вышел из подвала, – здесь, в комнате, – ты нашел их трупы. Расчлененные на куски. Их терзали грифы. Помнишь, как ты кричал?

Он сморщился от тяжкого воспоминания.

– Но сейчас они были живые! Настоящие! Леночка сидела у мамы на руках…

Настя крепче сжала пистолет в пальцах:

– Миша. Ты все прекрасно понимаешь. Это снова была галлюцинация.

– И что? – взорвался он. – Что с того?! Я уже давно безнадежный псих, мы оба это знаем.

– Эх, Томский. – В ее голосе звучало презрение. – Как это просто. Сказать: «Я – псих». И снять с себя всю ответственность.