Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Раненому сильно повезло, что он успел активировать броню, и выстрел, который должен был попасть в голову, поглотил силовой доспех. Поэтому я с расстояния бросил в сторону пострадавшего «луч Света», который должен был стянуть раны. О «всплеске эндорфинов» в качестве анестезии думать было уже поздно. Тело окутало бледное свечение, которое начало медленно стягивать сосуды. В этом был минус способности. Она хорошо работала при касании, но на расстоянии она теряла часть лекарских свойств. Я же быстро направился к раненому, чтобы закончить лечение.

— Василий Михайлович, вам туда нельзя, — послышался за спиной растерянный голос Лидочки.

Но я уже срезал путь через лужайку, торопясь к раненому, и оказался неподалеку от тела. За углом здания послышалась какая-то возня и выстрелы. Их оттуда, откуда несколько секунд назад появился раненый, выскочил обезумевший человек. Серая рубаха его была забрызгана кровью. В правой руке он сжимал пистолет.

За спиной послышались испуганные визги. Видимо, собирающаяся толпа зевак быстро поняла, что дело может принять дурной оборот.

Безумец быстро осмотрелся, а затем вскинул оружие и дважды выстрелил, целя в раненого. В голове несчастного появились отверстия, а потом из них наружу вырвались ледяные иглы, причудливым образом образуя вокруг черепа красную корону.

Силуэт «мастера-анатома» почернел. И линии циркуляции крови и силы погасли. Стрелок действовал наверняка. Мне показалось, что на все произошедшее у беглого пациента ушло менее секунды. Во вам случае все произошло так быстро, что ни я, ни Муромцева даже не успели призвать оружие.

Виктория вскинула обе руки, и на кончиках ее пальцев заискрились молнии. А затем раздались выстрелы. И тело безумца задергалось. На губах выступило красное. Он пошатнулся, и пистолет выпал из ослабевшей руки. А следом в траву неподалеку от жертвы сломанной куклой тяжело рухнул и сам стрелок. И я услышал, как стоявшая рядом со мной Муромцева злобно прошипела:

— Зачем ты влез? Я ведь могла связать его.

Я взглянул на дружинника, который стоял рядом с углом здания и направлял оружие в нашу сторону.

Парень был молод, и применять оружие ему, видимо, пришлось впервые. И это решение далось ему нелегко. Я заметил, как дрожали ладони, которые сжимали рукоять пистолета. Стрелок был в шоке, так что пришлось потратить способность «спокойствия», чтобы руки парня перестали трястись, а указательный палец случайно не нажал на спусковой крючок. Успокаивающе произнес, усилив голос силой:

— Все хорошо. Он мертв.