Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

— Алиса, блядь! — Майлз ударяет кулаком в стену, сдираю кожу в кровь. Его трясет. — Тебе что сказали?

Я сглатываю, молчу.

Шатен в черной форме и легком броннике стоит напротив меня, хочет что-то сказать и не решается. Мое сердце предчувствует нехорошее. Его лицо не выражает и тени надежды. Луки здесь нет. Парень нас обманул?

Во рту тут же растекается слюна со вкусом металла, нехорошо…"

"— Его здесь нет? — мой голос визгливый, я просто на грани срыва. Понимаю, как отвратительно это выглядит со стороны, но страх за Дьявола убивает во мне все достойное.

Майлз не отвечает, его лицо приобретает невероятно скорбное выражение лица. Я прохожу внутрь, отталкивая его и наталкиваясь на ужасную реалию, которую никак не ожидала увидеть.

В доме бардак. Просто притон для наркоманов. Капли темной засохшей крови видны тут и там, следы пыток. В дальней комнате валяется прохудившийся матрас. Рядом с ним миска с водой и ведро с отходами. На матрасе одиноко лежит шприц. Его здесь держали?

Не решаюсь ни к чему притронуться, в руках продолжаю сжимать пистолет.

В самой большой комнате, на коленях с разбитым носом стоит лысый здоровяк. Рядом с ним стоит стул с проводами. Они пытали его током, доходит до меня. Волоски на руках электризуются и топорщатся.

— повтори. — хрипло приказывает Захар, глядя на меня и ударяя его прикладом по голове еще раз, стимулируя не сопротивляться.

— мужик приезжал, не знаю его, он не местный, не русский. Сказал, что если Гроссерия не колется, нахер он нам нужен? Ему приказали его убрать.

Приехал со шприцем барбитурата какого-то, вколол его… Лука скончался меньше, чем за минуту. Как будто заснул. Ну он мне сказал, закопать его, я это и сделал… — мужик кивком указал на стоящую в углу лопату, на которой еще были следы земли.

Лица всех стоящих были чернее туч, каждый из них истощал гнев и бессилие. А у меня из-под ног уходила Земля.

— Нет, нет, не верю!!!! — я не могла различить кричу я или это голос внутри меня. Я проваливалась в темному.

Глава 3

Нежные губы покрывают поцелуями ожоги на моем теле, оставшиеся после электрических разрядов. Они ничего не пропускают, страстно ласкают меня.

— Мониша. — хрипло шепчу. Голова раскалывается так, будто ее пробили. Приоткрываю глаза, чтобы посмотреть на мою девочку, на моего цыплёночка. Я в раю или в аду?

Перед глазами копна рыжих волос. Незнакомых мне волос.

Запускаю непослушную руку в волосы, поднимая их вверх, чтобы посмотреть на лицо девушки.