Лишь изучив всю совокупность следов, улик и свидетельских показаний, сотрудники Группы «Западня» согласились с тем, что именно Гиена наведался в дом Шапиро.
Согласно показаниям Дэйны, интервал времени между шумом, который её разбудил, и моментом появления в её спальне преступника, был очень невелик, буквально 3—4 секунды. Это означало, что насильник, выбив дверь, сразу же помчался в спальню девушки, что заставляло подозревать его осведомленность о планировке дома. Когда у Шапиро поинтересовались, не происходили ли в предшествующие недели некие события, связанные с попытками проникновения в их дом посторонних, члены семьи сразу же вспомнили случай, имевший место в первой декаде января.
Тогда некто вскрыл дверь гаража и похитил набор инструментов. Гараж примыкал к дому, и через него, пройдя внутреннюю дверь, можно было проникнуть в жилые помещения. Дверь, правда, осталась закрытой, поэтому обитатели дома решили, что преступник ограничился мелким хищением.
Об этом инциденте они, кстати, полиции сообщать не стали, посчитав его слишком незначительным. Кстати, дом Шапиро весной 1977 г. был хорошо укреплён, в двери были врезаны дополнительные замки, а стеклянная дверь, ведущая из гостиной в сад, помимо этого заблокирована специальным стопором. Наличие стопора делало невозможным открывание двери извне дома даже в случае отпирания замков.
Детективы, проанализировав все эти детали, пришли к выводу, что Гиена в начале января проник в дом через гараж, осмотрел жилые помещения и выяснил, что в семье есть симпатичные девочки-погодки.
Тогда же он убедился в том, что жильцы приняли меры по укреплению окон и дверей, что существенно осложнило возможность быстрого и скрытого проникновения, которое обычно практиковал насильник из восточного Сакраменто. Покидая место проведения разведки, Гиена прихватил набор инструментов — не потому, что тот ему был действительно нужен, а сугубо для создания видимости, будто проникновение связано с действиями обычного наркомана, похитившего первое, что попало на глаза и что можно было обменять на «дозу».
В принципе, преступник мог ничего и не воровать, но это могло насторожить хозяев дома, если бы они догадались о проникновении в жилище постороннего. Если всё действительно произошло именно так, то нельзя не признать того, что замысел преступника полностью оправдался.
