Майкл Газзанига — «Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке»: читать онлайн бесплатно полную версию

Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке читать онлайн

Обложка книги Истории от разных полушарий мозга. Жизнь в нейронауке
0
Книга доступна на устройствах
  • Android
  • IOS
  • Smart TV
Майкл Газзанига, один из самых авторитетных нейробиологов XX века, рассказывает о своей фундаментальной работе по изучению невероятной пары – правого и левого полушарий. Один из отцов когнитивной нейронауки описывает, как зародилась революционная теория расщепленного мозга, когда правая и левая его половины после разъединения начинают функционировать независимо друг от друга и проявляют совершенно разные умения. Газзанига убежден, что популярное представление, будто наука делается гениями-одиночками, неверно. Его истории показывают человеческое лицо науки: ею движет дружба, она результат многочисленных социальных взаимодействий между самыми разными людьми, зачастую происходящих вне стен лабораторий и кабинетов.В формате PDF A4 сохранён издательский дизайн.
Комментарии

Ваша оценка

Кликните на изображение чтобы обновить код, если он неразборчив

Текст книги

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал

Ника занялась вопросом, почему нервные волокна не окрашиваются, и в итоге родилась элегантная работа за авторством Аттарди и Сперри[15] о пути, по которому двигается регенерирующий аксон в зрительной системе рыбы, ставшая классическим примером идей Сперри о специфичности нейронов. Чистая случайность. Я знаю, что такое бывает, поскольку несколько раз испытал это на себе."

"Когда я начал работу над аспирантским проектом, дни были длинными и насыщенными. Однажды, придя домой поздно, около четырех часов утра, я заметил, что свет в комнате Сидни Коулмана еще горит.

Сидни лежал на кровати и смотрел в потолок. Я спросил его, что случилось. Сидни рявкнул в ответ: “Замолкни! Я работаю”. По-новому взглянув на различия физиков и биологов, я как-то спросил Нормана Домби, о чем он думает, когда ходит по дому с каким-то отрешенным лицом. “А, – ответил он, – я обычно гадаю, есть ли у нас газировка”.

Даже в те дни, когда жить было относительно просто, обычный рабочий день с девяти до пяти был суматошным, слишком коротким, беспрерывно кто-нибудь подходил и мешал, поэтому работа затягивалась до ночи.

Чтобы решить эту проблему, я стал приходить в лабораторию к полуночи, а домой уходил в полдень следующего дня, чтобы проспать до шести. Ночами прекрасно работалось, никто не мешал, я спокойно обдумывал эксперименты и собирал новые нужные мне приборы. По такому расписанию я жил долгое время.

Одна из множества других вещей, которые я осознал, – важность технического персонала. Все подшучивали над тем, как мойщики посуды для молекулярно-биологических лабораторий выйдут на работу в праздники и выходные, если это понадобится аспиранту.

Это было правдой. Царило всеобщее возбуждение. В конце концов, Мезельсон и Сталь только что провели свой знаменитый эксперимент, а Говард Темин совместно с Ренато Дульбекко[16] стал работать с вирусами. Добавьте сюда Боба Синсхаймера, Макса Дельбрюка, Эда Льюиса, Рэя Оуэна, Сеймура Бензера и еще около дюжины всемирно известных молекулярных биологов, и вы поймете, что там была за атмосфера.

Я осознал ценность специалиста по закупкам, Реджи, когда он помог мне сделать установку для обучения животных. Главной опорой лаборатории Сперри была другая техническая работница, Лоис Макбёрд, которая готовила все для операций, помимо других своих обязанностей (она заправляла вообще всем). Митч Гликстайн, бывший в то время старшим научным сотрудником, недавно вспоминал: “Лоис была надежным фундаментом технической помощи.