Истоки читать онлайн

Деймон подошёл к кровати и положил руку на моё плечо. Внезапно волна ужасающих изображений остановилась.

— Смерть обычно случается меньше, чем за секунду. Это часто случается на войне, и я уверен, то же самое было с твоей Розалин, — Деймон снова устроился в своём кресле и потёр висок, — Они думают, это был койот. Война переносит людей на восток, и они думают, что животные следуют по кровавым следам.

— Койоты, — повторил я, запнувшись на втором слоге. Я никогда не слышал этого слова раньше. Это был ещё один пример новых фраз, таких как ""убит"" или ""вдова"", которые были включены в мой словарный запас.

— Разумеется, есть и такие люди, включая отца, которые считают, что это работа демонов, — Деймон закатил глаза, — как раз то, что нужно нашему городу. Эпидемия массовой истерии. Но больше всего в этом маленьком слухе меня убивает то, что когда люди убеждены, что их город осаждают некие демонические силы, они совершенно теряют из виду, что война разрывает нашу страну. Это такой склад ума, ""голова-в-песке"", который я просто не могу понять.

Я кивнул, не особо слушая, неспособный смотреть на смерть Розалин, как на часть своего рода аргумента против войны. Пока Деймон продолжал болтать о всякой ерунде, я отклонился назад и закрыл глаза. Я отчётливо представил себе лицо Розалин в момент, когда я нашёл её. Там, в темноте, она выглядела по-другому. Её глаза были большими и светящимися. Как будто она увидела что-то устрашающее. Как будто она ужасно страдала.

Глава 10

4 сентября, 1864.

Полночь. Слишком поздно, чтобы засыпать, слишком рано, чтобы просыпаться. Свечи горят на моей прикроватной тумбочке, отбрасывая зловещие мерцающие тени.

Я преследуем одной мыслью. Прощу ли я когда-нибудь себя за то, что не нашёл Розалин раньше, чем стало слишком поздно? И почему она — та, которую я клялся забыть — всё ещё в моём разуме?

Моя голова разрывается. Корделия всегда у дверей, приносит настойки, таблетки, порошки из трав. Я беру их, притворяясь выздоравливающим ребёнком.

Отец и Деймон наблюдают за мной, когда думают, что я сплю. Знают ли они о ночных кошмарах?

Я думал, женитьба — участь худшая, чем смерть. Я был неправ. Я ошибался в стольких вещах, в слишком многих вещах, и всё, что я могу делать сейчас — это молиться о прощении и надеяться, что как-нибудь, когда-нибудь, я смогу собрать силы из глубин моего существования и снова твёрдо ступить на правильный путь. Я сделаю это. Я должен. Для Розалин.

И для неё.