Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

Сбросить

Кори скрестила руки на груди и шутливо склонила голову набок.

— Хочешь, чтобы я тебе помогла?

— Нет, я как-нибудь справлюсь сам, — торопливо сказал Спенсер. Кори рассмеялась, а он вслед за ней, и вдруг все между ними стало как прежде, только еще лучше, еще увлекательнее, потому что их отношения обрели для него особую ценность. Ему льстило, в чем он смущенно признался себе, что когда-то его фотографии украшали стены ее спальни, и он с большим опозданием обрадовался, что Кори с самого начала хотела, чтобы именно он сопровождал ее на рождественский бал.

Спенсер решил начать не с бала. а с этих самых фотографий.

— Это правда, что ты оклеивала свою комнату моими фотографиями? — начал он очень осторожно, чтобы Кори не сочла это издевкой и не обиделась.

— Они были повсюду, — призналась Кори и улыбнулась воспоминанию. — Уж наверняка ты догадывался, что я по уши влюблена в тебя, если всюду таскаюсь за тобой с фотоаппаратом.

— Догадывался. Только я думал, что все кончилось, когда тебе исполнилось семнадцать.

— Вот как? Почему?

— Почему? — повторил он, растерявшись от ее вопроса. — Наверное, потому, что тогда ты попросила научить тебя целоваться, чтобы попробовать новые приемы на каком-то типе… — Он замолчал, припоминая. — Да, вспомнил. Его звали Дуглас.

— Дуглас Джонсон, — подтвердила Кори.

— Совершенно верно, Джонсон. Кстати, Диана говорила мне, что именно Джонсон должен был сопровождать тебя на рождественский бал, но в последнюю минуту отказался, и тогда я предложил свои услуги.

Естественно, я тогда решил, что ты влюблена не в меня, а в Джонсона. Как я мог подумать, что именно я был твоим избранником? — Он взглянул на Кори в уверенности, что победил ее своей логикой, но она молчала. — Так что же?

— Никакого Дуга Джонсона никогда не было.

— Как это не было? — изумился Спенсер.

— Я хотела, чтобы ты меня поцеловал, и для этого изобрела Дуга Джонсона. Я хотела, чтобы ты пошел со мной на бал, и снова вспомнила о Джонсоне. И на свидания я ходила только для того, чтобы научиться вести себя с тобой, если ты наконец меня пригласишь.

— Кори улыбнулась, и Спенсер с трудом удержался, чтобы не поцеловать ее в губы, особенно когда она, удивляясь себе, покачала головой и тихо добавила:

— Это всегда был ты. Только ты один. С того самого вечера, когда мама устроила первый прием, и до рождественского бала. Я еще потом ждала целую неделю, надеялась, что ты позвонишь, чтобы извиниться или все объяснить.