Текст книги

Шрифт

Размер шрифта

Межстрочный интервал

↓

↑

В повести Александра Баркова и Геннадия Цыферова «Сквозь седые туманы» перед нами воскресает Персия с ее дикими, первобытными нравами — та Персия, в которой позднее мученически погиб русский посланник Александр Сергеевич Грибоедов.

Местами повесть носит до известной степени приключенческий характер, но ведь и в наше время романтика приключений нередко сопровождает значительнейшие научные открытия.

Трудная, героическая, полная риска и необыкновенных событий жизнь академика Гмелина может служить вдохновляющим примером для наших современников.

А. ГЕССЕНГлава I. В ПУТЬ!!!

Профессор Императорской академии наук Самуил Готлиб Гмелин проснулся по обыкновению рано.

Чуть брезжил за окном рассвет, тлели и мигали бледные фонари на улицах, а профессор уже сидел за бюро и перебирал свои бумаги, письма, книги — «Атлас Российский», «Описание земли Камчатки» академика С. П. Крашенинникова, «Оренбургская топография» П. И. Рычкова…

Эти книги ученый читал и перечитывал не раз… А вот и выписки:

«Сколько происходит пользы от географии человеческому роду, о том всяк, имеющий понятие о всенародных прибытках, рассудить может.

Едино представление положения государств, а особливо своего отечества, производит в сердце великое удовольствие…»

Гмелин пропустил несколько страниц и прочитал далее: «Будучи в городах, где наблюдения чинить должно, описывать все, что требуется в географических запросах, разосланных по моему государству… Всего путешествия содержать повседневный верный журнал».

[2]"

"Таков был наказ М. В. Ломоносова будущим российским географам. А о развитии отечественной науки Михаил Васильевич хлопотал немало. Снаряжения задуманных им экспедиций великий ученый добивался в течение многих лет. Стучал тростью, требовал и… умер, не дожив двух месяцев до принятия своего проекта.

Следующая запись — планы и надежды путешественника: описание маршрута будущей экспедиции. Петербург, Новгород, Валдай, Тверь, Москва, а затем Дон, Волга.

И, наконец, Астрахань, Каспий… и Персия.

Однажды, когда Гмелина спросили о Персии, он полушутя-полусерьезно ответил:

— Хочу въявь увидеть восточную сказку!

Слушатели в недоумении переглянулись.

Говорил и писал ученый всегда сухо — и вдруг «сказка»..

А впрочем, почему и не помечтать!

Гмелин встает, потирает озябшие руки и подходит к окну. Какой-то мальчик, задрав нос кверху, рассматривает, как хмурый фонарщик гасит последний фонарь.