Инженер Петра Великого – 7 читать онлайн

Сейчас он главный советник в ставке Великого Визиря. Но даже он, — Дюпре понизил голос, и в его глазах блеснул огонек циничного восхищения, — не смог бы этого сделать без одного человека. Ключевая фигура в этой игре — господарь Кантемир. Его слезные письма вашему Императору — часть замысла. Он с самого начала был марионеткой в руках Вильнева. — Шевалье с легкой насмешкой добавил. — Он осознанно заманил вашего царя в эту мышеловку.

Эта последняя деталь добила. Я не помню подробностей прутского похода. Из истории я запомнил только то, что он был гибельным, Петр был окружен и был вынужден откупаться.

Ловушку я мог предположить. Но то, что православный господарь, последняя надежда Петра, окажется главным предателем, — это придавало катастрофе особый такой мазок — у нее появилось название места и имя архитектора. У катастрофы появилось лицо.

Мой взгляд впечатался в карту, в чертеж, на котором каждая линия кричала о неотвратимой гибели.

Я выиграл битву за Азов.

Но прямо сейчас, в сотнях верст отсюда, Империя проигрывала войну.

И я, единственный, кто знал всю правду, ничего не мог изменить.

Или мог?

Глава 8

Две недели. Четырнадцать суток, на протяжении которых пьянящий восторг от взятой крепости медленно испарялся под холодным морским ветром, уступая место въедливой, ледяной тревоге. Каждое утро, поднимаясь на главный бастион, я направлял подзорную трубу на запад и вглядывался в дрожащее марево над степью, силясь разглядеть там не татарский разъезд, а отблеск имперского штандарта.

Тщетно. Впереди простиралась лишь пустота. А с востока, со стороны моря, эта пустота в любой день могла обрести четкие очертания турецких парусов.

Тиски сжимались. На одной чаше весов лежал гибнущий в Прутском котле Государь, его гвардия и будущее всей моей работы. На другой — этот едва завоеванный, уязвимый Азов, ключ ко всему Причерноморью. Бросить его — и вся ночная симфония ужаса, вся пролитая кровь, жизнь капитана Хвостова — все пойдет прахом. Остаться — и безучастно наблюдать, как история моей страны катится к предсказанной мной же катастрофе.

Действовать приходилось на два фронта. Внешний я прикрывал блефом: по моему приказу вдоль прибрежных валов выросли уродливые силуэты фальшивых батарей — обмазанные глиной и укрытые рогожей бревна, издали неотличимые от настоящих орудий. По ночам же возобновлялся наш «концерт» — несколько уцелевших «дьявольских органов» и остатки ракет создавали на рейде оглушительный звуковой и световой барьер.